— Давно уже надо! Одной акцессии не хватает. В осознанный сон эмоциями не ломятся, это техника. Синергии между чувствами и отстранённостью нет, а акцессия вообще никак не работает с осознанием.

— И как вы тут? В чём нужна была помощь? Я смотрю, ты справляешься.

— Ты издеваешься? Полярский! Иди в дом, глянь, что она за эти несколько часов натворила!

— Кстати, а что ты вообще делаешь тут? У тебя ж квартира есть.

— Благодари богов, что я решила уединиться для практики подальше от цивилизации, — последнее слово она сказала с толикой пренебрежительного отвращения.

— Ладно, идём в дом.

Внутри было… как бы сказать? Наверное, больше всего это походило на дом Лукаша.

Пересекая порог, я оказывался в руинах древнего храма, вокруг которого через окна и дыры в стенах виднелись разные миры. Красные пустоши с бордовым песком, поле из полыни и других трав. Марсианский пейзаж. Заброшенный мир с обилием тополей…

У последнего я на некоторое время застыл. Его было видно через нарисованный ею проём выбитого окна, верхняя правая часть которого переходила в крупную трещину. За ней можно было увидеть впечатляющую высоту тополеподобных древ. Вдали виднелась ещё одна постройка, но, видимо, давным давно заброшенная.

— Вот такие вот у нас дела, — криво улыбнулась Маруслава, разводя руками.

— Красиво.

— Да, только место свободное кончилось, — буднично сказала она и плюхнулась на кровать. Из-за рисунков теперь казалось, будто кто-то зачем-то вынес в старые руины посреди поля несколько кроватей. Остальная мебель тоже была, но её Красноглазка разрисовала, только до постели не добралась, или, скорее, Маруслава не дала.

— И что, каждый из них функционален? — спросил я, касаясь нарисованной дыры в стене.

Реализм картин Красноглазки был невероятным, но всё же это оставалось рисунком, потому вблизи можно было увидеть оставленные кистью с краской отметины с фактурой ворсы.

Однако при этом, когда я попытался коснуться стены дома, на которой был нарисован рисунок, но ощутил пустоту.

— Как видишь, — прокомментировала Маруслава.

— Ты пробовала исследовать эти миры?

— Немного, — кивнула она. — Походила пробовала применять магию. Пока не получалось.

— Там есть что-то живое?

— Ну, растения точно есть. Зверей и людей нет. Птицы есть в одном. Там Скалистый утёс рядом с морем, а в небе летают чайки. Но они далеко…

— А насекомые?

Маруслава задумалась. Это было важным моментом — чайки часть картины, а муравьёв, скрытых в траве, Красноглазка не рисовала, так что, если они есть, то это портал в реальное место, а если нет — значит, мир создан ею самой.