— Ты врёшь… — помотав головой, проговорила Екатерина.

— Да? Может, вы тогда поговорите об этой щекотливой теме с вашим духовником? Патриархом Филаретом? Узнаете у него о возвращении душ в их тела, — сказал я, видя в глазах женщины сомнения. — Я НЕ ЗАНИМАЛ ЭТО ТЕЛО. Я никогда не вытеснял ничью душу. Оно моё по праву перерождения. Должен ли я броситься со скалы, испытывая необоснованное чувство вины?

— Я тебе не верю, — вытерев тыльной стороной ладони глаза, проговорила Екатерина. — Не верю!

— Вот только я вам не вру, и не сделал вам ничего дурного за всё время, что мы знаем друг друга. А ваш… супруг. Не знаю, как его назвать иначе. Вы уверены, что он это он? Что он настоящий, а не тварь, что скопировала его воспоминания и тело? — спросил я, заставив Екатерину отшатнуться. — Это он, а не я, пропал на пятнадцать лет. Это он, после внезапного возвращения ведёт себя, как будто ничего не произошло, но при этом рушит страну. Это он куда больше похож на искажённого монстра, что убивает всё живое своим диссонансом. А я с такими тварями по возможности борюсь.

— Он отнял у меня всё. Забрал способности. Разрушил кристалл, — невпопад ответила Екатерина. — У него мой ребёнок.

— Шантаж… — мрачно проговорил я. — Всё ясно. Я подумаю, как можно решить эту проблему. Главное — выясните, где он держит наследника Демидовых. А уж с кристаллом его можно воссоздать.

— Ты и вправду это можешь? — удивлённо посмотрела на меня Екатерина. — Но я уже прошла инициацию.

— Для меня это не имеет никакого значения, — усмехнувшись, ответил я. — У моих супруг кристаллов несколько, как и у главных помощников. Собирайте сторонников, ваше императорское величество, и ищите, где самозванец спрятал ваше дитя. Я же постараюсь помочь чем смогу.

— А что, если он не самозванец? — спросила, вскинув голову, Екатерина. — Если он мой законный супруг, что в гневе за измену обрушил на меня справедливые кары?

— Да, его сторонники могут сказать именно так, — кивнул я. — Вот только один вопрос: если это действительно ваш супруг, почему он поддерживал связь с некоторыми придворными, но не говорил с вами? Или вы недостаточно хороши, чтобы посвящать вас в его планы?

— Я выясню, где держат Даниила, и скажу тебе, — затравленно оглянувшись, сказала Екатерина. — Иди, тебе пора.

— До встречи, ваше величество, — чуть поклонившись, я вышел и вернулся тем же коридором, которым меня вёл Багратион, и вскоре он встретил меня лично, помогая выбраться из дворца к стартовой площадке.

— Он тебе врёт, — сказал Борис, вернувшийся в бывшую галерею, стоило цесаревичу уйти. — Он не наш сын.