— Перевести огонь на флагман противника. Заменить осколочные снаряды на бронебойный. Мы возьмём на себя главное вражеское судно. Всем начать манёвренный бой, — приказал канцлер, а в следующее мгновение ему стало не до того, чтобы отдавать приказы. Опытный военный и тактик, один из пяти сильнейших одарённых Римской империи, уступающий, пожалуй, только императору, он едва успел отразить снаряд, выпущенный с корабля противника.

Щиты линкора лопнули, как только снаряд в них попал, но подставленная гранитная плита выдержала, через мгновение растворившись в воздухе и оставив падающую вниз кляксу, размахивающую щупальцами. Следующий снаряд орудия ПСО перехватили почти с самого выстрела. Тысячи пуль врезались в него, высекая искры, но лишь немного отклонили от курса, заставив пролететь мимо.

— Оставьте защиту на меня, не отвлекайтесь, — приказал канцлер, встретив следующий вражеский снаряд в двадцати метрах от корпуса. Стоило проявившейся на мгновение гранитной пластине исчезнуть, как прозвучал сложенный залп всех орудий и в сторону заражённого судна улетело два десятка снарядов, вот только ни один из них не достиг своей цели.

Поджав губы, канцлер наблюдал, как снаряды один за другим гаснут на вспыхнувшем диссонансном щите. Главный калибр даже сумел пробить несколько секций, но следующий участок оказался непреодолимой преградой. Они не могли пробить вражеские щиты, а значит, придётся снова использовать главный калибр. Только бы не промахнуться… Если разрушить реакторную секцию, он рухнет. Должен рухнуть, как любой другой корабль.

— Один готов! — отчитался адъютант и, не дожидаясь отмашки, скомандовал огонь. Толстая стрела, разогнанная до нескольких тысяч километров в час, разорвала воздух, оставляя за собой взбитый шлейф, словно бумагу пронзила диссонансный щит и ушла вглубь заражённого корабля.

— Точное попадание по реакторной секции! — гордо сказал офицер-наводчик, но появившаяся было улыбка мгновенно сползла с его лица. — Почему он не падает? Как…

— Отставить панику. Не прекращать огонь! — чуть повысив голос, приказал канцлер, возвращая подчинённых в рабочее русло. — Не упал с первого выстрела, упадёт со второго или третьего.

— Орудие перегрето, десять минут до следующего выстрела, — возразил адъютант, и канцлер отчётливо услышал в его голосе отчаянье.

— Значит, всего и надо, продержаться десять минут, — возразил Кофф. — Мы справимся. Главное — не отвлекаться.

Мрачная уверенность канцлера передалась офицерам, и все сосредоточились на своей работе. Артиллеристы обстреливали крупные стаи тварей и не давали покоя судну противника. ПВО как могли срезали одиночных тварей и отражали атаки самонаводящихся снарядов, а Гранитный канцлер выступал последней линией обороны.