— Поднажмём! — крикнул Таран, и я заметил, что товарищ использует уже последнее оружие — гранаты, висящие на поясе, кидая их целыми связками. Череда взрывов обрушивала коридоры, не останавливая, но замедляя тварей.
— Убей меня, — раздался голос спереди, и луч фонаря выхватил дёргающийся доспех, из которого торчали щупальца. — Убей…
— Да с радостью!.. — выдохнул я, одним движением расчленяя противника вместе с бронёй напополам. Вот только из распавшихся половинок начали тянуться жгуты щупалец, сплетающиеся друг с другом, и броня вдруг снова стала единой.
— Убей меня… — с тоской попросило чудовище, и я без жалости рассёк его уже на четыре части. Добавив в каждую из открывшихся под бронёй частей по зажигательному выстрелу.
— Убей… меня… там… — простонал монстр, и вместо того чтобы атаковать, показал пальцем куда-то в стену. Судя по направлению и компасу в броне — на восток. — Варшава. Убей меня там…
— Огнемёты! — приказал я, и сразу несколько струй пламени превратили дёргающуюся тварь в обугленную консерву.
— Что это было? — спросил один из бойцов, но я лишь махнул рукой и побежал дальше, на ходу разрубая тварей.
— Выбрались? — увидев небо и не веря, выдохнул другой брат по ордену, чем тут же заслужил звонкую стальную оплеуху.
— Конечно, ведь с нами был император, — усмехнулся Таран.
— Пока ещё не император, — поправил я товарища. — Идём к остальным. Кажется, в то время как мы развлекались под землёй, ситуация немного изменилась.
В воздухе над нами висело два флота. Наша экспедиционная эскадра, прикрывающая собой дворец. Окружившие их суда альянса Лиги. И зависшие вторым кольцом крейсера Северного воздушного флота Российской империи. А на самом горизонте уже приближалась быстрорастущий силуэт нашего флагмана.
«Пётр Великий» прибыл поставить точку в этом споре.
Глава 20
— Господа, это просто неприемлемо, — покачав головой, проговорил Первый. — Всему миру очевидно, что Российская империя напала на Германию и оккупировала Берлин. Мы должны осудить это событие, а не поддерживать агрессора.
— Совершенно верно, мы просто обязаны помочь народу Римской империи в восстановлении законной процедуры престолонаследия, — поддержал его Третий. — Раз во время варварского штурма дворца погибла вся императорская семья, мы поможем ближайшему родственнику обосновать свои права на престол.
— Вы забываетесь, — сухо возразила Пятая. — Пусть я и не могу возглавить страну, я всё ещё принцесса, и мои дети являются прямыми претендентами.
— Ваши дети? — поднял бровь Первый. — Вы уж простите, но это даже звучит слишком фантастично. Никто их высших не может иметь детей, и это абсолютно всем известно. Разве что вы хотите усыновить какого-нибудь оборванца? Вряд ли это устроит правящие дома магнатов и бюргеров.