— Русский понимаете? — на всякий случай спросил я, и один из парней, лет девяти, кивнул. — Переведи старшим, я буду вытаскивать всех на поверхность. Нужно, чтобы они плотно держались за мой доспех. Ясно?

Парень снова закивал, а затем начал объяснять выжившим аристократам, что я хочу им сказать, хотя, похоже, многие меня поняли и так. Вот только не очень-то поверили.

— Хватит спорить. Вы либо умрёте здесь, когда я выведу всех остальных, превратившись в тварей, либо выживите, — сказал я, и паук-ассистент перевёл на немецкий с жутким гавкающим акцентом, но, судя по тому, как аристократы вздрогнули, вполне доходчиво. — Держитесь за проводящие линии на доспехе.

— Горячие! — выкрикнул переводивший парень, одёрнув обожжённую ладошку. Похоже, я не учёл реакции доспеха с диссонансом, но другого выхода сейчас всё равно не оставалось.

— Придётся перетерпеть, — сказал я и сгрёб в стальные объятья сразу нескольких мужчин и женщин. На сколько хватило длины рук. Шаг!

Мы вывалились на поверхности, и я тут же разжал объятья, позволяя аристократам рухнуть на землю. От них шёл пар, кожа кое-где покрылась пузырями. Но главное — они были живы!

— Оттащите их от точки выхода, — приказал я, подоспевшим бойцам. — Окажите первую помощь. Они наши гости… и, возможно, союзники.

— Есть! — тут же отозвалось несколько бойцов поддержки, и, дождавшись, когда круг очистится, я спустился обратно.

— Закутайте лица тряпками, будет горячо, — предупредил я оставшихся, когда они прикрылись, схватил следующую партию. Идти по проторенной дорожке стало куда легче, будто сопротивление снизилось до предела. Вот только в этом был не только плюс, но и минус. Я буквально кожей чувствовал постороннее внимание во время перехода.

Сколько ещё групп я смогу вытащить, пока грань нашей реальности, отделяющая нас от твари по ту сторону, окончательно не истончится, образуя очередные врата? Впрочем, сейчас это было неважно. Как открою, так и закрою. Не в первый раз. Хоть и не хочется, чтобы нас погребло под тоннами неживой плоти.

— Следующее звено! — приказал я, когда последние выжившие из немецкой аристократии были переправлены на поверхность.

— Семнадцатая группа, к архангелу! — приказал Таран. — Остальные, сомкнуть ряды. Держаться в центре.

— Сейчас… нам же коридоры уже не нужны? — усмехнувшись, проговорил я, и дождавшись кивка от заместителя, закрыл их метровым слоем инопланетного льда. — Это их ненадолго задержит. Пятёрка, проводящие линии к линиям.

— Есть! — бойцы ухватились за меня в уже выученных местах, и через несколько мгновений мы стояли на поверхности.