— Вы свободны! Уходите в безопасное место! — покружив несколько минут и убедившись, что основные отряды охраны обезврежены или уничтожены, я поднялся выше, туда, где меня ждала Ангелина на скоростном катере.

— Всё, как мы и предполагали, — сказала любимая жена, когда я присоединил костюм к судну. — Охраны почти нет.

— Потому что сопротивляться некому, — ответил я. — Тут почти одни женщины и дети. Мужчин нет, или они калеки.

— Думаешь, их угнали на работы в другой лагерь? — нахмурилась Ангелина. — Тогда надо и их тоже спасти.

— Надо, но нельзя отклоняться от графика. У нас всего несколько часов, чтобы разгромить четыре полицейских форпоста, — ответил я и, активировав резонатор корабля, вывел двигатели на максимальные обороты. — Наведём шороху, пока они не опомнились.

— Как скажешь, — улыбнулась супруга, потянув на себя штурвал, и перегрузкой мне вдавило органы в позвоночник, только чтобы спустя десяток минут меня чуть не вывернуло наизнанку при торможении. — Пятнадцать секунд до контакта.

— Держи маскировочную сферу, — отдышавшись, сказал я. — Я пошёл.

Я распахнул крылья и спикировал на только просыпающийся лагерь, взвыли сирены, несколько пулемётов загрохотало, метя в кажущуюся беспомощной фигуру. Но я не собирался подставляться и прикрылся полной сферой. К зенитным пулемётам добавились автоматы и личное оружие. Я видел, как из наскоро возведённых зданий охраны, даже не застёгиваясь на ходу, выскакивают заспавшиеся стражники. Штатовцы поставили мексиканцев сторожить собственных сограждан. Отвратительная мерзость.

А затем на землю обрушился очищающий огонь. Синее пламя поглотило пулемётные вышки по периметру лагеря. Техника взлетала на воздух от попадания бомб, а единственный одарённый в лагере оказался столь слаб, что я даже не почувствовал его щита. Проблему составили только два удирающих по дороге джипа, которые могли вернуться, но я не дал им такой возможности.

— «И мир сгорел!..» — усмехнулся я, глядя на пожарище, устроенное моими силами.

К счастью, мои конструкты оставались послушны, и всего через минуту после начала схватки огонь погас, высвобождая обходные пути. Делая круг за кругом над лагерем, я вновь включил сообщение.

— Вы свободны! Собирайте припасы и уходите! — именно такое послание я нёс людям, с высоты птичьего полёта наблюдая за тем ужасом, который заварили штатовцы в соседнем государстве. Мало им было марионеточного правительства, спонсирования и контроля наркокартелей, теперь ещё концентрационные лагеря для женщин и детей.

— Над следующим лагерем солнце взойдёт через семь минут, нам нужно поторапливаться, — напомнила Ангелина, и я поднялся выше, чтобы прицепиться к нашему шустрому кораблику. Опаздывать было категорически нельзя, иначе это разрушит всю легенду, над которой трудилось столько отделов.