— Сто пятьдесят тысяч в ордене? — не поверив, уточнил я. — Сколько из них уже начали проходить обучение духовным практикам?

— Не так много, ваше высочество, но им есть чем заняться. К сожалению, времени на молитвы там почти не остаётся, тем более на активные, когда нужно учиться новому, — покачав головой ответил Иоан. — Мы просто не можем разорваться на несколько направлений, а то, что люди делают добровольно — уже подвиг.

— Подвиг, — не стал спорить я. — Но освоив раскрытие чакры земли, они станут работоспособнее и здоровее. Всё же сто пятьдесят тысяч — явный перебор. Рано или поздно у людей начнётся усталость, и никакая мотивация этого не исправит. Придётся перераспределить ресурсы на обучение…

— Прошу прощения, ваше высочество, но мы не можем брать в кандидаты любого желающего, школьная программа этого не позволит, — вмешался Игнатов. — Если вам угодно, можно подумать над программой курсов, но в любом случае это будет дополнительное образование.

— Неважно, как это назвать, — ответил я. — Вводить «активную молитву» всё равно придётся, иначе мы начнём терять людей из-за усталости и болезней. У нас и так потерь хватает, а если этот вопрос ещё и на самотёк пустить… Нет. Через неделю я прибуду в расположение ордена, отберу лучших, кто продвинулся максимально, и сам помогу сделать им следующий шаг. Если найду проблемы в меридианах или практиках — исправлю. После этого выстроим вертикаль обучения в ордене, с ответственными лицами, и сотня пойдёт на ротацию, к ополченцам и кандидатам.

— Сотни никак не хватит, — предупредил руководитель школы «Путь».

— На первых порах выделить больше не получится, — возразил Таран. — У нас и так большая часть ордена постоянно на передовой.

— Получится, если мы вернём в строй несколько кораблей из западной группировки. Сейчас на боевое дежурство встанет «Пётр Великий». Лично возглавить командование я не смогу до коронации, но присутствовать буду, — сказал я, заставив всех собравшихся улыбнуться. — К сожалению, в ближайшие месяцы проблема закрытия зоны не решаема, но это не значит, что мы не можем сделать вообще ничего.

— Если вы присоединитесь к нам на Рубеже, это воодушевит людей и поднимет мораль на местах, — сказал довольный Таран. — Все понимают, что у вас и без того проблем полно, но для солдат и воителей на Рубеже война в Персии — это что-то сказочно далёкое. Они недоумевают, как можно не направлять все силы на борьбу с тварями.

— Думаю, все подданные будут воодушевлены вашим появлением на полях сражений, ваше высочество, но и в столице без вашего участия многие события застопорятся, — заметил Иоан. — Подготовка к коронации, Вселенский собор, выборы патриарха… Боюсь, без вашей поддержки нам будет тяжело уладить все разногласия.