— Если ты про резонанс и вызванные с ним проблемы — то разве это тайна? — спросила Инга. — Мы об этом полчаса назад говорили.

— Да, но нет, — ответил я, и по очереди создал ледяной и огненный шары. — Стихийный резонанс зависит от ключа, места, к которому относится стихия. Проще говоря: нет никакой стихии, есть только местоположение материи, с которой мы взаимодействием при помощи резонанса. И поняв, как задавать место, мы сможем подчинить себе все стихии, вернее, формы… Даже не знаю, как лучше объяснить.

— Да вроде всё понятно, — пожала плечами Инга. — Есть форма, есть вложенная сила, есть направление. Только вот с местом немного неясно. Как можно использовать стихию где-то там, когда мы понятия не имеем даже просто, как мы с ней связаны?

— Ключи, — напомнил я. — Я и раньше предполагал, что характер может быть связан с резонансом, а не наоборот. Получается, внутри каждого из нас есть место, с которым мы можем взаимодействовать наилучшим образом. Так и появляются стихии.

— Хочешь сказать, что у всех есть склонность к какой-то стихии? — сдвинув бровки, проговорила Мария. — Даже у тех, кто ниже пятого ранга?

— Именно так, — ответил я. — Но ещё это значит, что, поняв, как именно можно взаимодействовать с этим самым «местом», можно освоить даже полностью чуждую себе стихию. Или несколько, как Борис…

— Или как ты, — тут же заметила Ангелина. — Я вот только одного понять не могу… У большинства же нет возможности использовать стихийные конструкты, а вот к местному прорыву диссонанса их перенапряжение привести может. Как с ними быть?

— Я думаю тут всё куда проще: их резонанс связан с местом, где нет ярко выраженной стихии, но есть Пожиратель, — ответил я, заставив девушек напрячься. — Думаю, именно такие люди для нашего врага ценнее всего. Их ключи ведут прямо в пасть к монстру, в то время как наши могут ему сильно навредить, ведь каким бы странным ни был Пожиратель — он живое существо.

— Скорее, нежить, — поморщившись, сказала Мальвина. — Или ты имеешь в виду, что стихийные конструкты могут навредить не только его приспешникам, но и самой твари по ту сторону?

— Именно это я почувствовал, когда закрывал врата во время демонстрации, — кивнул я. — Пусть огонь практически гарантированно исчезает от диссонанса, но лёд, если его постоянно поддерживать…

— Ваше высочество, прошу прощения… — в разговор вклинился постучавшийся в дверь гвардеец. — К вам рвётся…

Договорить он не успел, так как в зал шаровой молнией ворвалась Луиза-Тереза Бурбон. Белая, словно снег, со сжатыми в тонкую линию губами, она вбежала в мои покои и замерла, глядя поочерёдно то на меня, то на моих супруг, довольно расслабленно расположившихся в креслах. Под её негодующими взглядами все подобрались, но напряжение только возрастало.