Мужчина стоял на границе воронки, почти по щиколотку погрузившись сапогами в рыхлую землю, так что мне оставалось лишь чуть примять её. Пресс прошёл аккуратно, вызвав небольшой обвал, и погрузившийся в землю по колено конторский замахал руками в попытке удержать равновесие.

— Об этом узнают, уж я позабочусь, — сказал я, уже находясь чуть выше эсибэовца. — И поверьте, вам такого провала в разведке и охране безопасности империи и важнейших аристократических родов не простят. А теперь прошу прощения, раненых мы подготовили, нам пора. Дамы, господа, уходим в здание академии. Пора дать наши показания по этому делу командованию.

— Стойте! Я приказываю! — выкрикнул конторский, и, если бы гвардейцы решили вмешаться, у меня не осталось бы выбора. Вот только он либо не догадался, либо, наоборот, прекрасно знал ограничения в собственных полномочиях. А мы, хоть и принесли присягу государству во время инициации, на действительную службу не поступали. Ни в армию, ни в полицию. Это нам всё предстояло по выпуску из училища.

Аристократы, оказавшиеся со мной в одной группе, увидев живой пример, тоже решили приказу конторского не подчиняться, и вскоре я услышал, как мужчина что-то бубнит в телефон. Судя по его вытянувшемуся лицу и обречённому взгляду, направленному на раненых, команду он получил вполне конкретную.

Препятствовать или задерживать нас, не собирающихся покидать территорию академии, никто не имел права. Рангом не вышли. Но когда мы очутились в стенах академии, где восстановили подачу электроэнергии и, наконец, убрали тела, ситуация в корне поменялась, у этих ребят и чины, и титулы явно позволяли почти всё.

Стоило нам войти, как группу окружили люди в чёрных плащах, с зажатыми в руках короткоствольными автоматами. Возглавлял их моложавый и чересчур мускулистый старик с немногими оставшимися чёрными волосами в бороде и полностью выбритой и круглой, как блестящий шар, головой.

— Ваши сиятельства, граф. Имею честь представиться, князь Юдашкин, Лев Николаевич. Командующий отдельного гвардейского полка. По поручению его императорского величества и от его имени действую согласно интересов империи, — произнёс чуть усталым голосом князь. — Ваше сотрудничество желательно, но не обязательно. Однако из уважения к вашему деду я приму ваши показания лично.

— Приятно познакомиться, ваше сиятельство, — поприветствовал я командующего. — Рад служить империи, однако прошу участия в допросе как минимум секретаря рода, для протокола. Информация должна быть доведена до всех компетентных и заинтересованных лиц. Включая моего деда.