— Слишком сладко звучит, — усмехнулся Калинин, внимательно на меня глядя.

— Может выйти так, что этот человек уже того, — кивнул я и потыкал пальцем в направлении потолка. — Есть такая вероятность. Тогда придется опросить его окружение. Со мной они говорить не станут. Ну, или станут, но так, на отвяжись. А с тобой… Куда им деваться, беднягам?

— А ты со своими фокусами-покусами вот так любого потеряшку можешь отыскать? Ну, как чухонца этого? — осведомился вдруг у меня Стас, который, как видно слушая меня, думал о чем-то своем. — Или как?

— Не любого, — я сразу понял, куда он гнет. — Да и с Эркки случайно все получилось. Удачно, но случайно. Но если прямо очень припрет, можно попробовать поискать. Только результат я не гарантирую, уж извини.

— Это хорошо, — Стас сплел пальцы рук в замок, на его лице обозначилась хитрая полуулыбка. — Хорошо. Не в смысле результата, которого может не быть, а вообще.

— Три раза, — я показал Калинину три пальца. — Столько раз я тебе помогу в том случае, если мы доведем мое дело до успешного завершения. И сразу предупрежу, его фигурантом выступает не человек, фамилию которого я тебе назвал, а кое-кто другой. Просто через одного про жизнь другого хочу узнать, но его, этого Николишина, словно и на свете не было, понимаешь? Что в наше сетевое время дикость просто какая-то.

— А фамилия у этого «кое-кого» есть? — осведомился у меня полицейский. — И зачем такие сложности? Для чего время тратить, идти кривым путем? Может, лучше сразу кое-кого и станем искать? А как найдем, так я его разговорю.

— В этом нет смысла, — я улыбнулся, надеясь, что выгляжу мило и безобидно. — Кое-кто еще в том году скончался и благополучно был похоронен. У меня и номер участка кладбищенского есть. Только вот какая штука, он там есть, и вместе с этим его там нет. Но ты особо не загоняйся, тут моя головная боль. Ты просто поможешь мне выяснить кое-какие детали, скажем так, пред- и посмертного бытия этого господина.

— Так и знал! — хлопнул кулаком Стас по столу, поиграл желваками по скулам, глянул на меня, после на входную дверь и снова на меня. — Пять раз. Поможешь мне пять раз.

— Хорошо, — ответил я, ожидавший чего-то подобного. — Но еще раз, за результат не ручаюсь

— Я не то, чтобы тебе не верю, но просто какой тогда смысл? — возмутился Стас. — Ты приедешь, жалом поводишь и скажешь: «Без мазы. Я закончил, бывайте, парни». Нет уж, давай по-честному, как ты и говорил: я тебе, ты мне. Мы находим этого твоего… Который неживой, короче. А ты после мне пять раз пособишь в мутных делах, которые иногда случаются, но в зачет пойдут только те, которые реально от следаков после уйдут в суд. Ну, или если я сам тебе скажу, что все путем. Идет?