Ирен взяла короткую передышку. Адрис едва-едва коснулся ее руки, как бы настраивая на продолжение. Герц задумчиво провела пальцами по лбу, собирая складки у переносицы.

— Легко вешать ярлыки, когда смотришь на все со стороны, — сказала она. — Вот только Тобиас встает на мою защиту уже очень давно.

— Из-за вас он устраивал драки в университете?

— Куда важнее, что он был единственным, кто поддержал меня после заключения мужа под стражу.

— Советник Шекри мог и притвориться, — предположила Ирен. — Он сделал вид, что должность посла его тяготит и что он ждет вашего возвращения в посольство так же сильно, как и все остальные служащие.

— Вы же понимаете, что мне нужны доказательства, Осоко.

— А разве они не при вас? — Ирен внимательно посмотрела в глаза Герц.

В ней зрели сомнения еще до того, как они с Адрисом переступили порог квартиры. Иначе диалога бы не получилось.

— Что сказал советник Герц по поводу показанной на суде записи? Он же не стал признаваться в убийстве Ены?

— Кориолан планировал зайти к Шекри, но не нашел его на месте. Поднялся ко мне в кабинет, убедился, что я уже ушла, и направился к выходу. — Посол посмотрела в зеркало на стене, словно мысленно обращалась через него к мужу. — По пути он услышал какой-то шум в консульской зоне, но решил, что это служащие припозднились с уборкой. Там уже было темно, поэтому никого не разглядел.

— Почему советник не настаивал на этой версии во время суда? — подал голос Адрис.

— Кориолан решил, что своим признанием закроет расследование и защитит меня от подозрений, — холодно отозвалась посол.

Она не одобрила поступок мужа — это точно. Но Ирен услышала в этих словах неподдельное волнение.

— Так значит, советник Шекри назначил позднюю встречу, но сам на нее не явился? — подвела итог Ирен.

Герц утвердительно качнула головой.

— Они часто задерживались вдвоем после работы. Ничего подозрительного в предложении встретиться не было.

— Вы видели, что Шекри часто тащил вашего мужа за собой, выводил в люди, налаживал за него связи. В университете Шекри ввязывался в драки, защищая вас и себя от нападок. В то время как Кориолан Герц благодаря деньгам своей семьи и положению вымаливал для него прощение. Все верно? Если так, то вам было удобно поверить в их дружбу.

— Доказательства, Осоко, — спокойно потребовала Герц. — Мне нужны доказательства.

— Наличие мотива вас не убедило, — вздохнула Ирен. — Тогда перейдем к средствам. Что сказал Кориолан Герц по поводу своей подписи на документах, которыми теперь угрожают виритианцы на суде?

— Кориолан не помнит, чтобы оставлял свою подпись на них.