— Создатель, — выдохнул Адрис.
Он бережно приобнял ее за плечи, прижав к себе. Ирен не сопротивлялась. Только спрятала лицо у него на груди и задрожала. Адрис уже не думал ни о значке разведчика, ни о подозрениях. Ему просто хотелось, чтобы Ирен больше никогда не пришлось скорбеть так, как сейчас.
— Рик, — прошептала она, — мой кузен… Я так надеялась его найти…
— Потом, — Адрис погладил Ирен по спине, — расскажешь все потом, когда сможешь. Только не убегай от меня больше.
Он чувствовал дыхание Ирен на шее. Несмотря на промозглый ветер и влажную одежду, которую он так и не успел сменить, ему было тепло. Теплее, чем в доме на Зори в период жары.
Адрис прижался щекой к макушке Ирен, чувствуя, как она содрогнулась от новой волны рыданий. Пегас протиснулся между ними, обвил хвостом ноги обоих.
Не успела над полем повиснуть благодатная тишина, как в конце дорожки послышался стук шагов. Пегас отреагировал первым и с тихим недовольным рокотом поднял голову.
— Финиан? — удивился Адрис, но Ирен выпускать из объятий не стал.
Впрочем, она первая отступила назад, пряча лицо в шарф. Адрис наблюдал за всем с тревогой, не зная, чего ожидать от этой встречи.
Финиан подошел ближе и, заметив неловкость, пустился в долгие объяснения:
— Когда ты позвонил мне в поисках Ирен, я решил отправить ей сообщение и убедиться, все ли в порядке. И…
— Финиан пытался помочь с поисками моего кузена, — вмешалась Ирен. Ее голос был ровным, но по рваному дыханию можно было догадаться о том, что еще минуту назад она не могла и двух слов связать. — Я написала Финиану, что нашла Рика, но слишком поздно.
— Я сразу понял, где мне искать уважаемую Осоко, — добавил Финиан. — Прости, Адрис, что ничего не рассказал.
Адрис натянул одну из своих фальшивых улыбок и покачал головой. Взгляд Финиана упал на его шею, где были нарисованы разорванные круги. Он явно узнал рисунок, нахмурился, но сразу после предпочел сделать вид, что ничего не заметил.
Глава 13. Последнее откровение
Двадцать три стандартных дня назад. Исправительная колония искусственного спутника 43 Малрусского сектора, имперская тюрьма
Ирен смотрела, как планета-карьер, она же трудовой лагерь, уменьшается, превращаясь в едва заметную точку в иллюминаторе. Мыслями Ирен была уже на Вирити, воображая, как встречает Рика. Эта сцена в ее голове выглядела как в самой слезливой мелодраме, которую только могли гонять в Сети.
На самом деле Ирен понимала: никаких объятий и слез радости она точно не увидит. Рик наверняка усомнится в ее рассказе, попытается все отрицать. Наконец пройдя стадию принятия, он позволит устроить воссоединение с матерью, но откажется встречаться с остальными членами семьи Осоко, бросившими его на произвол судьбы. Ирен надеялась, что ее он не оттолкнет и, поддавшись уговорам, вернется на родную Зори. Посмотрит ее любимый выход к заливу, вид на закат с террасы дома, общественные бассейны с лазурной водой, вспомнит какой-нибудь эпизод из их детства. Потом Ирен точно сводит его ко всем самым громким достопримечательностям планеты: к цветущим садам, зданию Министерства и императорскому дворцу. Когда в Университете начнутся каникулы, она выберется с Риком на Вирити, сходит к нему в гости. Может, они даже выберутся на Блиссноу, чтобы проверить, что осталось от приюта, где он вырос.