Колонки с топливом оказались какой-то незнакомой модели, шланг не вынимался, как платить, Соня с лёту не поняла. Разбираться не стала – пошла за помощью в сияющий лампами кафетерий, он же касса и магазин.

Внутри всё было настолько не похоже на стандартное кафе при заправке, что Соня в первый момент отступила на шаг назад. Просто как-то не ожидала, что за раздвижной автоматической дверью её ждёт практически зимний сад, залитый таким ярким, но естественным светом, как будто потолок был прозрачным, а на улице солнечный день. Здесь было много здоровенных кадок с растениями; в ближайших Соня опознала фикус и апельсин. Чувствовали они себя превосходно, если судить по внешнему виду. Причём апельсин явно готовился зацвести. Впрочем, за кадками всё-таки виднелся прилавок с кассой, грилем и кофеваркой. И забитые товарами стеллажи.

До прилавка Соня дойти не успела, из-за пальмы (о боже, у них тут ещё и пальма!) вышла кудрявая смуглая девушка лет двадцати в пёстром приталенном платье, подходящем скорее для танцев, чем для работы на автомобильной заправке. Сказала: «Добрый вечер, я Зора, помочь вам заправиться?» И, не дожидаясь ответа, отправилась к выходу. Соня пошла за ней.

С колонкой и шлангом Зора справилась так легко, словно они были бутылкой вина и бокалом. И нарядное платье не пострадало. Сказала: «Порядок, хотите кофе? У нас ещё остался киевский торт».

Соня давно зареклась есть и пить на заправках. Имела печальный опыт и не хотела его повторять. Но киевский торт оказался неодолимым соблазном. Неужели такой же, как в детстве? Ну хоть чуть-чуть на тот, настоящий, похож?

Через зимний сад, в смысле лавируя между кадками, дошли до прилавка с кассой. Пахло там искусительно, как на кухне хорошей хозяйки, которая недавно поставила в печь пироги. Рядом стояли четыре стола и кресла, удобные даже на вид. В одном сидел здоровенный мужик с лицом добродушного людоеда и читал какую-то книгу, даже не посмотрел в их сторону, так был увлечён. За прилавком крутил зеркальный кубик-головоломку красивый, как хищная птица, такой же кудрявый и смуглый, как Зора, старик. «Папа, – спросила Зора, – мы же ещё не доели киевский торт?» «Да какое доели, почти половина осталась», – не отрываясь от кубика, ответил тот. Зора улыбнулась Соне: ну вот, не зря обещала! А старик наконец отложил кубик в сторону и сказал: «Добрый вечер, я Джанго, сейчас я сварю вам кофе. Ночь на дворе, но обещаю: бессонница будет вас мучить не дольше, чем час-полтора».

Соня, слегка ошалевшая от такого вступления, ответила: «Добрый вечер, я Соня, большое спасибо за всё». Ну раз у них тут так принято. Кто знает, может, вежливость стимулирует рост растений. Как музыка Моцарта, например.