Преисподняя. Круг Седьмой. Блэкуолд. Дом Льда.

— Это опасно?

— Более чем опасно. Это перевернет Игру с ног на голову.

«Или наоборот», — не преминул подумать собеседник, однако вслух этого не произнес.

— Есть ли необходимость прямого вмешательства?

— Плохой прецедент.

— Я не спрашиваю о прецедентах.

— Необходимости — нет. Но не могу предложить иного рационального действия.

— Может ли ситуация стабилизироваться сама?

— Вероятность ниже возможной, но выше малого предела.

— Расчеты?

— Отрицательные. Но они неприменимы в такой ситуации. Пришлось делать допуски на реальность, чтобы свести все воедино.

— Иначе говоря, расчеты бесполезны. Прецедентов нет. Вмешиваться нельзя. Стратегия Игры под угрозой.

— Зато тактический план пока наш.

— Надолго ли?

— Нет.

— Тогда действуй немедленно.

— А кто возьмет ответственность на себя?

— Это обсудим, когда все будет сделано.

— Нет. Сейчас.

— Хорошо. Раздавай…

Преисподняя. Круг Седьмой. Блэкуолд. Дом Огня.

— Есть ли вероятность отказа?

— Вероятность есть. Однако она никогда не станет свершившимся фактом.

— Расчеты?

— Интуиция. Основанная на знании действующих лиц.

— Фигуры оживают.

— Жизнь — это не смерть; она предсказуема.

— Но изменяется и Доска. Причем совершенно хаотически.

— Даже Хаос имеет свои законы.

— Чего нельзя сказать о Порядке.

— Как можно говорить о том, чего нет?

— С апломбом и уверенностью. Это заменит отсутствующую информацию и обманет всех остальных.

Преисподняя. Круг Десятый, секретный. Цитадель Элроса.

— Игра выходит из-под контроля.

— Значит, черед приходит наш. Великое Колесо Судьбы способность вертеться утрачивает.

— Слишком много углов.

— И много палок слишком, в Колесо вставленных.

— Остановить Игру?

— Зачем? Пускай сами получают то, что создали.

— Но то, что ударит по ним, отзовется и у нас.

— Предсказание это?

— Вывод.

— Выводы на этапе данном рано делать.

— Но благоразумнее было бы…

— Блага разума для? Оба не понимаем мы смысла слов этих. Их не употребляй никогда: звучат глупо они в устах твоих.

Радужный мост Бифро́ст открылся — впервые за последнее тысячелетие. Я ступил на его пружинящую поверхность и на миг остановился. Когда-то здесь шли те, кого я считал своими предками… Они уходили, покидая ратное поле и оставляя неотмщенной кровь близких и друзей. Они уходили, ибо смерть их была бы концом всего, а жизнь — даже такая жизнь — могла стать новой надеждой. Они уходили, по-тому что таков был приказ их владык и командиров, Асов. И я, не ведавший даже собственного происхождения (во всяком случае, пока), обязан теперь был отдать старый долг. Который, вероятно, не был моим.