«Ну в точности как в той легенде про короля Артура, что рассказывал Фион!» — невесело усмехнулся я, занося кувалду для последнего удара.
— Что ты делаешь? — раздались сразу несколько голосов.
Я не видел, кто сейчас говорил со мной. Мне, признаться, не было до этого дела.
Mael Bennique раскрошился в мелкую труху, глухо рухнув на безжизненный камень надгробья Алкар-Аза, по твердости превосходивший даже адаманитовую руду. С наследием проклятого бога Старого Мира было покончено.
Сильный ход. Знать бы еще, кому это пойдет на пользу…
Я отбросил в сторону бесполезную рукоять, подобрал свои мечи и покинул Арену, оставив пораженных увиденным зрителей в ледяном оцепенении. Они не осмеливались поверить собственным глазам, ибо понятия не имели о том, что воспоследует за этим.
Сапожники без сапог. Онемевшие менестрели. Безрукие воры. Воины, лишенные права и возможности применять силу.
Властители Судеб, не владеющие даже приблизительной информацией о собственной участи…
Так и рождаются мифы, подумал я.
Вскоре меня нагнал Роберт.
— Тебе лучше покинуть ад, — без предисловий заявил он.
— С удовольствием. Признаться, мне тут уже начинает надоедать. Но разве отсюда есть выход?
— Я провожу тебя. И учти: лучше не возвращайся.
— В смысле — не умирай? Что ж мне, стать бессмертным?
— Именно, — с абсолютной серьезностью подтвердил Роберт, мгновенно стерев ухмылку с моего лица. — Я не знаю, как ты этого добьешься, но лучше не дожидайся собственной смерти. Иначе я ничего не гарантирую… Если Владыки Преисподней перепуганы, значит, что-то и в самом деле идет не так.
— И что же их так испугало?
— Подумай сам.
И я подумал.
О чем немедленно начал сожалеть.
8. Узники Пустоты
Что ты желаешь знать?
Я дарую тебе предсмертное
благо задавать вопросы.
(Яма-Дхарма, Бог Смерти)
Контакт был резким и внезапным: очевидно, вызывавший был чем-то всерьез обеспокоен.
— Слушаю, — сказала Фрейя, активируя зеркало.
В туманном овале стекла появилось лицо Ариэль. По мраморно-белой коже Владычицы Хиллсдауна пролегла целая сеть мелких морщин, и сейчас гномы нипочем не признали бы в ней ту Белоснежку, которая явилась к ним десять веков назад.
— Сними свое проклятье, — вместо приветствия произнесла она, и Искательница поразилась тому, насколько изменился голос Ведуньи. Поистине, теперь ей можно было дать ее возраст.
— Какое проклятие? — спросила Фрейя. — Я лишь парализовала тебя твоим же именем. Больше ничего не было.
— Чары Медленной Смерти.
— Интересно. Я этого не делала. Ты хочешь сказать, что лишь Меч Аркана давал тебе силы жить нормально?