Я кивнул:
— Мне жаль…
— Нет. Никогда не сожалей о свершенном.
— Я сожалею о том, что все должно было закончиться именно так, — упрямо произнес я. — Мне не хотелось отказываться, но…
— Не сожалей, — повторил Коготь Тигра. — Ты со временем найдешь свой путь. Кто может сказать, прав ты был или нет?
Я понял, что слова более ничего не добавят к уже известному. Мы просто молча смотрели друг на друга — лишенный возраста учитель Школы Тигра и юный готландец, отказавшийся от возможности стать Мастером…
Две пары зеленых глаз проводили взглядом путника, направлявшегося прочь от Иссимы, к ущелью Тысячи Черепов.
— Быть может, нам предупредить его о пауках? — спросила молодая тигрица, отгоняя движением головы назойливого овода.
— Нет, — сказал ее спутник, — он не принадлежит к нам.
— И все-таки… Он достойно вел себя.
— Потому-то мы и не должны предупреждать его. — Оскал тигра был призван соответствовать улыбке. — Мы просто расчистим ему путь.
Тигрица радостно кивнула и поднялась. Она без труда поняла, почему ее спутник принял именно такое решение. Оказать услугу тому, кто мог стать твоим хозяином, но дал тебе свободу — это правильно. Но еще правильнее — не дать ему узнать об этом.
Ибо Царство Зверей и Царство Людей, согласно древним легендам, разделены — и пребудут таковыми вовек. Незачем пробуждать в людях знание об их единстве. Незачем объяснять, что все легенды говорили только о том, что было выгодно сказать их создателям.
Незачем лишать человека права выбора, даже если на самом деле у него нет никакого выбора…
5. Черный Корабль
Мне скучно, бес…
(Фауст)
Ясным зимним вечером, когда на небосводе уже вспыхивали первые созвездия, к закрытым воротам Сидо́на подошел одинокий путник — не слишком-то обычное явление для этой местности, знаменитой на весь Турракан своими разбойничьими шайками.
— Ты, естественно, желал бы войти? — осведомился один из стражников, когда пришелец забарабанил кулаками по доскам ворот.
— Именно, — с хрипловатым акцентом, выдававшим северянина, сказал тот. — А что, это запрещено?
— У нас не принято входить в город после наступления темноты.
— Неужели нельзя сделать исключение из этого правила?
— Исключение? — оскорбился привратник. — Да кто ты такой, чтобы ради тебя делались исключения? Личный посланец Алхимика?
Гогот стражников был искренним и веселым. По крайней мере, это дежурство оказалось не таким скучным, как многие другие.
— Увы, — вздохнул путник, — Лорд Джафар вряд ли даже подозревает о моем существовании, равно как и большинство других Властителей. Но неужели этот город населен только Их приближенными?