Удача?
Не задаваясь вопросом, что же тут происходит, я стремглав ринулся вниз по лестнице. Плевать мне на всех стражников, демонов и вампиров, но я не собирался встревать в разборки Странников!
К сожалению, до выхода мне добраться так и не удалось. Что-то свистнуло в воздухе и впилось мне… пониже спины. Не знаю, возможно ли вообще такое — потерять сознание на бегу; однако со мной произошло именно это. В голове вспыхнул яркий свет, потом он померк. Исчезло и все вокруг…
4. Усыпить Тигра
Ты вспомнишь мои слова, когда
проснешься… А проснешься ли ты?
(Ба’алзамон, Великий Повелитель Тьмы)
Два Странника опустились на колени. Третий — Алерон — лишь наклонил голову ровно на дюйм, не опуская при этом глаз. Мастер ответил таким же кивком.
— Я слушаю, — проговорил Коготь Тигра.
Квай-Чан слегка толкнул лежащее перед мастером бессознательное тело рыжеволосого юноши.
— Вот он, Йохан Красноголовый, — сказал он. — А вот доказательство, — указал он на меч пленника.
— Согласен, это меч Рэйона, — кивнул мастер, — но не вижу доказательства того, как происходил их поединок.
— Свидетелей той схватки не было, — пожал плечами Дакан. — Если только спросить самого участника…
— Так он тебе и рассказал всю правду! — бросил Квай-Чан.
— Ты, быть может, и не отличишь правду от лжи. Я на это вполне способен. — В голосе мастера не было похвальбы, лишь простая констатация факта. — Разбудите его.
Дакан достал из поясного кармана небольшую склянку, откупорил и поднес ее к самому носу пленника. Красноголовый сделал непроизвольный вдох и оглушительно чихнул. Мгновенно перевернувшись на живот, он попытался было вскочить и броситься бежать, но сразу же с тихим стоном сжал голову руками.
— Лежи спокойно, — посоветовал Алерон, — тогда ты избежишь массы неприятных и никому не нужных ощущений.
Я попытался хотя бы частично отключить головную боль и оценить происходящее. То, что я увидел, мне не понравилось. Два Странника в черных комбинезонах стояли на коленях, а Алерон с деланной небрежностью опирался спиной о дверной косяк. Однако тот, кто находился прямо передо мной (перед ним-то Странники и преклонили колени) — неопределенного возраста смуглый человек, облаченный лишь в короткие темные штаны, — заставил меня содрогнуться. Мощь его торса и сложенных на коленях рук поражала: даже у молотобойцев, изо дня в день размахивающих двадцатифунтовыми кувалдами, не бывает таких мышц. Взгляд его был спокоен — но то было спокойствие зверя, поджидающего в засаде заранее выслеженную дичь.
— Йохан из Готланда? — спросил он скорее утвердительно.