Я всю дорогу ревностно следил за шофёром, мысленно отмечая каждую деталь его поведения. Ведь если кто и может представить угрозу для Марты, то это тот, кто всегда рядом. Йоханссон, к счастью, не давал поводов для подозрений, но его грациозная уверенность за рулём… Она меня всё же слегка настораживала.

Марта, напротив, была погружена в свои мысли и на водителя никакого внимания не обращала, лишь время от времени бросала на меня задумчивые, но ласковые взгляды.

Ехать было недалеко — всего каких-то тридцать километров. Да ещё и по отличным норвежским дорогам, и если учесть, как плавно и уверенно вел машину Йоханссон, то путь до Скаугума превратился в комфортную прогулку.

«Элегантное поместье», — промелькнуло у меня в голове, когда мы свернули на гравийную дорожку, ведущую к дому. Кирпичный фасад в мягких кремовых тонах выглядел добротно и одновременно изысканно. Дом растянулся буквой L: одно крыло уходило к уже оживающему весеннему саду, а другое, как доверительно шепнула Марта, скрывало в себе жилые и хозяйственные помещения. Высокие окна на первом этаже, смотрелись как драгоценные картины в золотистых рамах, что вкупе с каменной отделкой стен придавало Скаугуму некую монументальность, достойную жилища монархов.

В общем впечатление на меня домик произвел, а вот парк, конечно, лучше было бы увидеть летом. Кто знает, может и доведётся.

— Ну вот… здесь я и живу, — тихо и несколько смущенно произнесла Марта, выйдя из машины.

Я немного мандражировал. Ну а как иначе? Предстояла встреча с родителями Марты. Кронпринца я уже видел — нормальный мужик, по крайней мере, пьющий. А вот мама… Ничего о ней не знал, кроме того, что Харальд любил её до такой степени, что был готов отказаться от титула наследника. Красивая легенда, конечно, но какая же Соня в жизни?

Кстати, если Хокон вдруг решит отказаться от трона, то следующей в очереди будет Марта. Вот это уже не укладывалось у меня в голове. Ну какая из неё королева? В этой взбалмошной девчонке, которая с азартом бросается в авантюры, я видел кого угодно, только не будущую монархиню. Хотя… если вспомнить, как она лихо расправилась с владельцем гостиницы из-за номера или расколотила, по словам отца, несколько фамильных ваз… Тьфу на тебя Штыба, накаркаешь ещё!

Нас, конечно, встречали. Но не папа с мамой, как это сделали бы любые русские люди, а дворецкий. Мужик с повадками… Ну, прямо скажем, непростой. Обшарил меня цепким взглядом с головы до ног, будто прикидывал, не тяну ли я на угрозу безопасности. Двигался он плавно, с достоинством, всем своим видом давая понять, что это дом королевской семьи, а не проходной двор.