Очень трудно мужику, наверное, было смириться с тем, что меня запустили в дом без шмона. Ну а вдруг у меня под курткой спрятан автомат Калашникова? Или балалайка! От этих мыслей моё лицо самопроизвольно перекосило в широкой улыбке. В это время с крыльца вылетел Хокон и, увидев мою улыбку (хотя она вообще-то не ему предназначалась), тоже дружелюбно заулыбался в ответ, быстро тараторя на немецком:

— Как хорошо, что ты приехал. Я тебе свою коллекцию покажу!

— Его королевское высочество принц Хокон, — церемониально представил мне парнишку дворецкий.

А вот Марту представлять не стал, видимо, прекрасно осознавая, что в её представлении я точно не нуждаюсь. Может быть, даже слишком хорошо знаю принцессу, о чем, судя по сдержанному взгляду дядьки, тот наверняка уже подозревал.

— Что за коллекция? — прикинулся я заинтересованным, чтобы завести с пацаном разговор.

— Я же тебе говорил! Модели дельтапланов, парапланов… — Хокон аж подпрыгивал на месте от возбуждения.

— Точно! Помню, — кивнул я.

И ведь правда помнил. Ещё в Сеуле он как-то обмолвился, что любит «клеить модели». Тогда я, конечно, подобрал к этим словам совсем другое значение. Поржал молча, но запомнил. Ну а теперь выясняется, что парень-то всерьёз увлекается авиамоделизмом.

— Сначала в «Зелёный зал», — негромко, но с настойчивой интонацией произнёс дворецкий.

— Туалет где у вас, любезнейший? — спросил я, произнеся последнее слово по-русски.

К моему удивлению, меня поняли. Дворецкий слегка кивнул, с достоинством указав на коридор, который тянулся вглубь этого великолепия.

Может, меня сразу за стол усадят, и отпрашиваться потом будет уже неудобно. Так что лучше сейчас все свои дела, и со спокойной душой отправлюсь на встречу с неизбежным.

Пока шёл, краем глаза отметил: тут тоже вазы стоят. Целые! Значит, Марта свои подвиги совершала в другой части дома. Видно, не всё семейное наследие пострадало.

Я был уверен, что нас сразу отведут в столовую. Марта рассказывала, что это внушительное помещение с потолками под пять метров, где проходят все семейные торжества и официальные мероприятия. Но судя по всему родичи Марты решили сначала приглядеться ко мне. Проверить, так сказать.

Мы вошли в небольшую комнату, совсем камерную по сравнению с описаниями столовой. Метра три на пять, с двумя окнами, которые выглядывали в сад. Обстановка была строгой, но уютной: тёмные портьеры, узкая деревянная мебель, и, кажется, запах свежесрезанных цветов, которые стояли в вазе на низком столике.

«Зал для ожидания? Комната для допроса?», — пронеслось у меня в голове.