Ну попыталась во всяком случае точно. Воздух вокруг нее сгустился, образовывая пузырь, поймав прямо в окне. Ее будто гигантская невидимая рука сдавила и смяла, и дернула назад, а потом швырнула сначала об стену, потом и пол с потолком пришлось поближе рассматривать, и так несколько раз.

Я только и мог испуганно глазеть, оглянувшись, увидел королевского мага — дона Севэро. Его высокая и сухопарая фигура вышагивала к нам, постукивая посохом. Он аж раздулся и чуть ли не светился от силы, которую впитал в себя, и явно намеревался кого-нибудь убить, все равно кого.

Но тут и меня придавило, словно я оказался на глубине, и вся неподъёмная толща воды давила сверху. Не давая даже вдохнуть. Протащила по полу и швырнула об стену, выбивая весь дух, и я поплыл. Конечно, я пытался сопротивляться, но разница в силе была колоссальной. Я чувствовал себя муравьем попавшим в горный поток. Только и мог что барахтаться, пытаясь не умереть. После удара об стену у меня выбило воздух, и подняв голову я увидел, как мне в лицо летит окованная пятка протазана подбежавших гвардейцев. И тут эта окованная пятка взорвалась снопом искр, и мир стал темнее пещеры, в которой живут призраки.

Сколько себя помню, я с малых лет только и делал, что с кем-то да дрался. И не раз оставался битым. Но в первый раз за обе жизни я испытал столь глубокий нокаут. Казалось, что я лечу через космос, а мое падение было бесконечно, вокруг нет ни звуков, ни образов, ничего нет, только пустота. Но через некоторое время я смутно ощутил, что двигаюсь, словно плыву в пространстве.

Реальность вернулась рывком, на меня вылили ведро холодной воды. Сиплые попытки вдохнуть и попытаться сообразить, где я и что случилось. Оглядевшись, я обнаружил себя в тюремной камере. Прямо в своей парадной одежде, превратившейся в кровавые лохмотья после мелкого засранца. Ну и конечно, твою мать, — скованный. Опять этими гребанными кандалами, которые пьют магию. И будто этого было мало цепи на ногах.

Но оглядевшись, я понял, был один в камере. Лишь стражник стоял с пустым ведром надо мной. Он ничего не сказал, убедившись, что я очнулся и ворочаюсь, молча вышел. Оставив наедине с мыслями. Ощущение было не из приятных, я чувствовал себя как куча дерьма, в которую еще и наступили. Сильно болела челюсть. Удар пришелся чуть пониже уха, прямо в основание челюсти. И теперь она нещадно ныла. Плюс страшная слабость от истощения, словно из меня вытащили кости, и все конечности стали как желе. Вдобавок тошнота и дикая головная боль.

— Сколько время прошло. — Тихо спросил я пытаясь размять челюсть.