Юрин автомобиль выезжает из города и забирается по серпантину всё выше в горы.

Здесь, среди садов, прячется неприметный, но весьма вместительный загородный дом. От посторонних взглядов он закрыт высоким забором и тяжёлыми металлическими воротами, окрашенными в весёленький зелёный оттенок.

Юра выходит из машины и некоторое время беседует с кем-то через маленькое окошко. Посторонних здесь явно не привечают.

Юру здесь явно знают, он обменивается шутками с невидимым мне охранником, а затем ворота наконец распахиваются, и мы заезжаем внутрь.

Даже стоянка показывает, что народ собрался не рядовой. Солидные Волги, дефицитные Жигули, одна-единственная сияющая хромом Чайка. Приткнулось даже пара иномарок, невесть откуда здесь взявшихся.

Мы поднимаемся по короткой лестнице. Алла, волнуясь, берёт меня под руку. Ей в таких местах раньше бывать не приходилось.

Внутри негромко играет музыка. У фортепьяно сидит парень в белой рубашке, который наяривает бодрые джазовые импровизации.

Солидная барная стойка из лакированного дерева, за которой видна кавалькада разноцветных бутылок. Основательные, обтянутые зелёным сукном столы, вокруг которых расположены удобные стулья и низкие диванчики.

В зале стоит обстановка азарта и беззаботности. Слышны сдержанные голоса, изредка прерывающиеся вскриками восторга или огорчения, а порой и аплодисментами при особенно удачном розыгрыше.

Между столами снуют молчаливые официантки в аккуратной и скромной униформе. Ни пьяных, ни весёлых девиц. Всё чинно и благородно, словно этот игорный клуб находится где-нибудь в Монако, а не в стране победившего социализма.

«Катраны» — это подпольные игорные дома, которые располагались по всей стране, причём их существование никто особо не скрывал.

Конечно, простой работяга или инженер туда попасть не мог, да и нечего ему там было делать. Обычной месячной зарплаты там хватило бы едва ли на один вечер.

Зато представители, что называется, советской элиты: труженики творческих профессий, руководящие работники, и даже сотрудники правоохранительных органов в немалых чинах чувствовали себя здесь вполне уверенно.

— Вот погляди… заместитель прокурора из Симферополя, — украдкой показывает мне Юра на строгую, представительную женщину. — Неплохо играет, осторожно, но стабильно. Предпочитает пулю…

Бармен интересуется, что мы будем пить. Юра заказывает два виски, очевидно, с целью выпендриться. Как по мне, пить в сердце виноделия британскую самогонку — это пощёчина всякому чувству вкуса. Однако не спорю и беру свой стакан, перекатывая в нём льдинки