Раиса протянула дрожащую руку к его шее, боясь того, что почувствует. Или не почувствует.

Пульс. Слабый, нитевидный, но пульс.

— Жив, — прошептала она, и голос предательски дрогнул. — Ты жив.

Она огляделась в поисках помощи. Тимур тоже дышал — грудь едва заметно поднималась и опускалась, но это не могло продолжаться долго. Раиса видела, в каком состоянии его ноги.

— Медик! — закричала она в амулет связи на груди, закрывая его рукой от возможных капель. — Медик в оранжерею! Крестовский и Черкасский ранены, оба при смерти! Срочно!

Минуты ожидания растянулись в вечность. Раиса сидела на полу, держа голову Матвея на коленях, и гладила его по волосам. Мутная жидкость из разбрызгивателей плескалась на полу, но ей было всё равно.

Она думала о том, как они познакомились — на смотровой площадке восточного форта холодной октябрьской ночью. Два хищника, страдающих от бессонницы, осторожно изучающих друг друга. Она помнила его глаза — карие, в которых больше не было той мертвенной пустоты, что она заметила при первой встрече. Угрюм изменил его. Или, может быть, изменила она.

Теперь эти глаза были закрыты, а под веками пульсировали тонкие синие жилки.

Боевой медик появился через три минуты — молодой парень из нового пополнения, взятый на место погибшей Марины Соколовой. Он опустился рядом с ранеными, быстро осмотрел обоих и покачал головой.

— Я могу только попытаться остановить кровотечение, — сказал он, доставая бинты и жгуты. — Но эти раны… Им нужен целитель.

— Так сделай что можешь! — рявкнула Раиса.

Медик работал быстро и профессионально, накладывая жгуты на изувеченные ноги Тимура, перевязывая раны Матвея. Но Раиса видела по его лицу: этого недостаточно. Они умирают.

Федот появился через пару минут, когда основная часть операции была завершена. Вслед за этим из подвала вывели освобождённых пленников.

— Среди них есть целитель? — лихорадочно спросила Раиса, вскакивая на ноги.

Федот обернулся к группе потрёпанных людей в грязной одежде. Женщины и мужчины, бледные, с пустыми глазами, многие до сих пор не понимали, что происходит.

— Целитель? — повторил командир громче. — Кто-нибудь владеет магией исцеления?

Из толпы вышла женщина лет сорока — жилистая и курносая. Её руки подрагивали от страха, а взгляд был мутным, но она подняла голову и кивнула.

— Я, — произнесла она хриплым голосом. — Подмастерье целительства.

— А Талант?

— Мой Талант… — она посмотрела на свои ладони, — мой Талант в заживлении растений, но я могу попробовать.

Раиса схватила её за руку и потащила к раненым.

— Попробуй. Пожалуйста.