— Говори, — бросил я Неклюдову.

— Дети… они в имении под Тулой. Это вотчина Скуратова-Бельского, но я не знаю точного адреса, клянусь!

— Я знаю, — выпалила Долгорукова, перебивая его. — Село Прилепы, усадьба «Дубрава». Двадцать человек охраны, может, чуть больше. Там подвалы, детей держат в подвалах.

— Скуратов использует это место для… для особых гостей, — добавил Одоевский сквозь стиснутые зубы, баюкая изуродованную руку. — Я могу рассказать о связях Гильдии. Чиновники, бояре, князья. У меня есть имена, документы…

Они говорили наперебой, стараясь перекричать друг друга, торопясь выложить всё, что знали. Эти люди выпрыгивали из штанов, чтобы стать полезными и спасти свою шкуру.

Я выслушал всё, что они могли сказать, затем с трудом поднялся и вылез из грузовика.

Первоначальный план обменять руководство на детей не сработает. Вступив в бой с Соколовским, я понял, что это за человек. Холодный расчёт, никакой привязанности к союзникам. Он отречётся от пленников в мгновение ока, их смерть даже выгодна оставшимся членам Гильдии — меньше свидетелей. А тянуть время нельзя. Как только враг поймёт, что мне известно местонахождение детей, их ликвидируют. Значит, придётся план менять. Благо, я заранее подстелил себе соломку, оставив резерв, словно предчувствуя, что он мне понадобится.

Едва я спустился на землю, рядом возник Сигурд. Шведский принц молча протянул мне артефакт, в котором я не сразу узнал когитатор.

— Там что-то ценное, — коротко пояснил он. — Она, — кивок в сторону кузова, — была готова умереть, лишь бы это не попало к тебе в руки.

Я принял артефакт и благодарно кивнул. Ещё один гвоздь в крышку гроба Гильдии.

Ярослава уже ждала меня, её глаза внимательно изучали моё лицо. Рядом с ней стояли несколько Северных Волков и гвардейцев.

— Потери? — спросил я.

— Трое моих ранены, — доложила княжна. — Один тяжело, осколок в боку. Двое твоих гвардейцев тоже получили ранения, но ходят сами.

— Убитые?

— Нет. Чудом.

Я кивнул, оглядывая площадку. Возле грузовиков на земле лежали лицами вниз около десятка людей в деловых костюмах — сотрудники среднего звена, которых захватили при зачистке здания. Соколовский ушёл, Скуратова-Бельского здесь и вовсе не было, но троих из руководящего совета мы всё-таки взяли.

— Соколовский — моя забота, — произнёс я, — но позже. Сейчас — дети.

Отряд погрузился по машинам, забрав с собой всех пленников. Двигатели взревели, и колонна тронулась на юг, к выезду из города. Сирены за спиной становились громче, но мы уже уходили.

В машине я достал магофон, отправил короткое сообщение, а затем набрал номер резервной группы.