Один из охранников успел добежать до стола, на котором лежал странный артефакт — металлический диск с выгравированными рунами. Его пальцы уже касались активирующего камня, когда пуля Марьи Брагиной вошла ему в висок. Снайпер следила за окнами снаружи и увидела движение как раз вовремя.

Журавлёв добрался до тела охранника первым. Он осторожно отодвинул мёртвую руку от артефакта и подозвал Элеонору. Та со знающим видом осмотрела находку и вынесла вердикт:

— Создаст ядовитый газ в точке, где расположена парная пластина.

Именно тогда Каменский и Вершинин нашли вход в нижние уровни — массивная стальная дверь за книжным шкафом в библиотеке. Геоманты ощущали пустоты под особняком ещё с опушки леса, но масштаб того, что открылось за дверью, поразил даже их.

Подвалы усадьбы оказались многоуровневыми казематами, уходящими на три яруса вглубь. Узкие коридоры, камеры с решётками, тусклые лампы под потолком. И дети — сотни детей, сбившихся в кучки за металлическими прутьями. Маленькие, большие, мальчики и девочки, они смотрели на вооружённых людей расширенными от страха глазами. Именно здесь под потолком находилась пластина, которая должна была пустить отраву, раз и навсегда упокоив свидетелей.

Раиса Лихачёва первой опустилась на колени перед ближайшей камерой.

— Всё хорошо, — произнесла она мягко, и её голос, обычно холодный и деловитый, зазвучал неожиданно тепло. — Мы пришли спасти.

Ольтевская-Сиверс уже возилась с замками, используя тонкие водяные струи под давлением, чтобы прорезать металл. Гвардейцы рассредоточились по этажам подвала, открывая камеру за камерой.

Двести семь детей. Журавлёв считал их, пока они выходили из камер — перепуганные, но живые. Некоторые плакали, другие молчали, третьи цеплялись за руки гвардейцев, не желая отпускать.

— Вертолёт не вместит, — констатировал Крестовский, наблюдая за потоком детей, поднимающихся по лестнице в холл. — Нужен транспорт.

Журавлёв кивнул и потянулся к магофону.

— Князь же сказал, что они будут через два с половиной часа. Значит, укрепляемся, — приказал он отряду. — Ермаков, Молотов — позиции на третьем этаже. Брагина — крыша, контролируй подходы. Остальные — баррикадируем первый этаж.

Гвардейцы действовали слаженно, превращая разгромленную усадьбу в импровизированную крепость. Геоманты укрепили стены, создав дополнительные каменные барьеры у окон и дверей. Лихачёва, которая растянула завесу теней вокруг периметра, скрывая всё, что происходит внутри особняка и маскируя огневые точки.

Дети сидели в большом зале на первом этаже, закутанные в найденные в особняке одеяла. Некоторые из старших помогали успокаивать младших. Гвардейцы раздали свой сухой паёк — галеты, шоколад, сушёное мясо — а Элеонора Ольтевская-Сиверс организовала доставку еды с кухни, где обнаружились запасы для охраны и скудный рацион, которым кормили пленников. Каша, хлеб, консервы — немного, но достаточно, чтобы накормить две сотни голодных ртов.