Мафиози повернул голову ко мне, и я поспешил ответить на его немой вопрос:

— Зелье лечения при работе греет тело. Если залить два зелья в Жана, то и тепла выделяться станет в два раза больше. Рану оно, может, и исцелит, только вот выгорит Жан весь изнутри. Или у него есть какие-то модификации для отвода тепла?

— Как-то слишком хорошо ты осведомлён для «искупленца», — фраза Арно была полна сомнения и недоверия.

Гарон встал, и его хвост задёргался из стороны в сторону. На этот раз волкодав не рычал, он внимательно наблюдал за мной и терпеливо ждал команды своего хозяина. Когда ему позволят вцепиться в горло очередной добычи.

— Пусть твои люди идут наверх отдыхать. А мы поговорим немного.

Я повернулся к отряду и кивнул. Ситуация обострилась, но в текущем состоянии Арно и его собаке мы не противники: всех нас перебьют и не заметят. Но пока хотят говорить, есть шанс обойтись без крови. Мои люди всё поняли и, захватив остатки ужина, поднялись на второй этаж. Только Селена, уходя, на миг задержала на мне взгляд — взволнованный, будто спрашивала, уверен ли я, что после этого разговора смогу подняться по той же лестнице живым. Я улыбнулся. Успокаивающие, как я надеялся. Девушка слегка улыбнулась в ответ, показывая, что поняла меня, и пошла вслед за остальными.

Мы с боссом остались наедине и сели на лавку рядом с Жаном.

— Ты зелье потратил, так что это теперь твоё, — поставив на стол склянку с явно нелегальным зельем начал Арно. — А теперь ответь на один вопрос. Если ответ меня устроит, то я тебе кое-что расскажу. Если нет, то у тебя двое суток исчезнуть из города. А лучше — из баронства вообще. И это время я тебе даю только потому, что ты Жана спас.

Внутри у меня всё перевернулось от полного непонимания. Что вообще происходит? Я не понимал ровным счётом ничего. Но пока никто не хватался за оружие, а прямых угроз не было, я решил продолжить разговор.

Арно упёр в меня цепкий, изучающий взгляд, словно просвечивал меня рентгеном. Врать под таким взглядом совершенно не хотелось: я не профессиональный игрок в покер, что-то да мог ловчий заметить по моему лицу. Значит нужно говорить правду, или хотя бы полуправду, а опасные темы обходить или умалчивать.

— Вчера в часовню зашёл визитарий Конрад. А через два часа от церковников вышел ты. О чём вы беседовали?

Что ж, ситуация немного прояснилась. Я позволил себе небольшой вздох облегчения.

— Два часа я провёл в пыточной на «дружеской беседе» с визитарием, — на этих словах взгляд Арно вильнул, похоже, про церковные «забавы» он знал. — «Инструмент» ко мне не применяли, но давили сильно. Брат Конрад хотел узнать, как так вышло, что все в «искуплении» погибли, а я и мои люди — выжили.