— Что в остальных бурдюках? — спросил Лис, и Жан кинулся их проверять.

— Только вода, — ответил Жан, открыв и понюхав оставшиеся две ёмкости. — Поэтому Гастон и хотел забрать именно эту, с настоем. Чтобы мы ничего не поняли.

Хорошее настроение как рукой сняло. Мысленные шестерёнки в моей голове крутились с возрастающей скоростью, выстраивая план.

— Гастона нужно срочно найти и задержать, — начал раздавать я приказы. — Ты, Жан, поднимай своих на поиски Гастона, а только после с этим бурдюком иди к Арно с докладом.

Жан ерепениться не стал и молча кивнул.

— И ещё: Гастон может прямо сейчас сдать нас всех церковникам по подозрению в разграблении мыльных караванов. Не зря же он сюда этот настой принёс. Значит, Селена и Лис, забираете все наши вещи и уходите в любой ближайший постоялый двор прямо сейчас. Я же выдвигаюсь к часовне и буду дежурить там на случай появления Гастона. Всё, за работу!

Первым сорвался с места Жан и через секунду исчез за дверью. Лис молча поднялся, одним движением сгрёб оружие и начал собирать наши вещи в мешки. Селена, всё ещё сжимая кинжал, на мгновение задержалась, будто не решаясь оставить меня.

— Иди, — сказал я ей мягко. — Всё будет нормально.

Она порывисто обняла меня, поцеловала и уже через секунду помогала Лису. Я же схватил короткий меч и баклер и повесил их на пояс: всё-таки в городе удобнее ходить с городским оружием, а не с громоздким копьём.

Мы разошлись почти одновременно. К часовне я бежал, срезая, где мог. Когда впереди показались тёмные очертания обители церковников, я замедлил шаг и спрятался в переулке, из которого хорошо было видно вход, и принялся наблюдать.

Ночь тянулась медленно. Сначала по улице бродили редкие прохожие: подвыпившие ремесленники и припозднившиеся торговцы. Потом город начал затихать. Окна гасли одно за другим, ветер гнал по мостовой мусор и клочья тумана, а колокол часовни лениво отбивал часы.

Я стоял, прислонившись плечом к холодной стене чьего-то дома, и не сводил глаз с дверей. Гастона всё не было.

Несколько раз мне казалось, будто в переулке мелькнул знакомый силуэт, но каждый раз это оказывался кто-то другой. Незадолго до рассвета усталость начала играть со зрением: тени двигались слишком быстро, а любой звук заставлял пальцы тянуться к оружию.

К утру город посерел. Небо стало мутным, как грязная вода. Где-то далеко залаяла собака. Именно тогда я и заметил Жана. Он быстро шёл по улице, тяжело дыша после бега. Его волосы растрепались, лицо выглядело мрачным.

— Нашли Гастона, — бросил Жан, остановившись рядом. — Он сейчас с Арно в доме ночной гильдии. И ловчий хочет нас обоих видеть.