Кирилл выругался, собираясь отскочить назад к двери, но воздух в подсобке резко сгустился. Давление упало так стремительно, что у него заложило уши, как в пикирующем самолете. Пространство вокруг щитка искривилось, втягивая в себя обрывки чертежей со стола, ручки и инструменты.
— Мать… — только и успел выдохнуть Кирилл, когда невидимая, колоссальная сила буквально оторвала его ноги от бетонного пола.
Фиолетовая воронка рванулась навстречу, расширяясь до размеров всей комнаты. Мир вокруг Кирилла схлопнулся в одну ослепительную, фиолетово-белую точку. Последней четкой мыслью в голове ведущего инженера Кольцова, перед тем как его сознание окончательно погасло, была абсолютно циничная и прагматичная мысль: «Хоть бы расчетный листок в кармане не сгорел. А то Пал Палыч точно не поверит, что меня засосало в фиолетовую воронку, и прогул запишет…»
Затем наступила абсолютная, звенящая тишина. В подсобке цеха № 3 сиротливо осталась лежать только пустая кружка из-под кофе, а силовой щиток захлопнулся сам собой, оставив на серой краске едва заметную, пахнущую озоном гарь.
Глава 2
Законы сохранения энергии, которые Кирилл так свято чтил на производстве, в этот раз сработали с каким-то извращенным изяществом. По всем правилам кинематики, падение в аномальный силовой вихрь внутри распределительного щита должно было закончиться либо мгновенным расщеплением на атомы, либо, как минимум, тяжелыми травмами. Однако реальность обошлась с ведущим инженером мягче, хоть и гораздо грязнее.
Вместо жесткого бетонного пола цеха Кирилл с глухим, чавкающим звуком приземлился на живот. Лицо мгновенно утонуло во влажной, холодной субстанции, которая по всем органолептическим признакам являлась самой обычной, качественной и глубокой грязью. Чуть не захлебнувшись этой жижей, Кирилл резко дернулся, перевернулся на бок и зашелся в тяжелом, надрывном кашле.
В голове звенело так, словно по его черепной коробке полчаса без перерыва лупил пневматическим молотом пьяный слесарь. Во рту застыл отчетливый, кислый привкус меди — верный признак того, что по организму прошелся мощный разряд избыточной энергии.
— Так… — прохрипел Кирилл, пытаюсь сфокусировать зрение и сплевывая натекшую в рот жижу. — Шаг номер один. Проверить целостность конструкции.
Он пошевелил пальцами рук, затем ног. Всё двигалось, хоть и неохотно. Руки, ноги, ребра — всё было на месте. Ноги, правда, увязли в жидком месиве, а любимая гражданская куртка теперь напоминала спецовку заправщика, упавшего в мазутную яму. Кое-как приподнявшись на локтях, Кирилл огляделся.