Но весь этот простор здесь, на этой отдаленной планете, после долгого путешествия, в ледяной космической тьме, кажется невыразимой роскошью.

— Сначала искупайтесь, — наставляет Ирена, замявшись у двери. — Я зайду за вами перед ужином.

И я остаюсь одна.

Здесь тактихо . Я сажусь на край матраса, затем падаю на спину со стоном, наслаждаясь его шуршащей мягкостью. По сравнению с раскладной походной койкой на моем корабле — это сущее блаженство. Вдалеке ревет река, сбегая по крутым порогам, уносящим ее в долину внизу. Здесь, у скалы, где воздух разрежен и чист, река бурлит и пенится на неровных камнях. Растительность вокруг, должно быть, влажная от росы, а когда придет зима… Когда придет зима, меня здесь уже давно не будет. И все же интересно, бывает ли здесь достаточно холодно, чтобы река замерзла, или же она ревет вот так, словно свирепый зверь, круглый год.

Я резко сажусь. Если пролежу слишком долго, то усну и вообще пропущу ужин. Зевая, убаюканная теплом огня и ревом реки, я скидываю ботинки. Внезапно я чувствую отчаянное желание избавиться от грязной одежды и начинаю лихорадочно ее стягивать. Моя кожаная куртка следующей падает на пол, за ней — дорожные штаны, а затем толстый свитер с высоким горлом. После этого я стягиваю утепленную нательную рубашку. С готовностью сбрасываю нижнее белье, бросая его на деревянный пол вместе с остальными вещами.

Босые ноги протестуют, когда я спешу в другую комнату, и кожа покрывается мурашками. Я не против. Через считанные секунды я окажусь в горячей ванне. Для моего замерзшего тела это будет еще приятнее. Комнатка маленькая, ненамного больше самой ванны. Сама же ванна глубокая, круглая, сделанная из темного дерева. От горячей воды поднимается пар; кто-то, должно быть, наполнил ее прямо перед нашим приземлением. В воздухе витает аромат трав, что-то терпкое и сладкое, незнакомое.

Я забираюсь в ванну. Сначала я судорожно вдыхаю сквозь зубы из-за укуса горячей воды, обжигающей окоченевшие пальцы ног. Но вскоре боль сменяется удовольствием, тепло проникает в самые кости, пока я откидываюсь на край ванны. Глубоко вдыхаю и понимаю, что вода, скорее всего, настояна на этой странной траве. Она щекочет носовые пазухи, заставляя меня чихнуть. Но мои мышцы расслабляются в ней.

Я нахожу мыло и губку и оттираю тело дочиста. Погружаюсь под воду с головой. Мыло — не идеальное средство для мытья волос, но сойдет и так. К тому моменту, как я заканчиваю, вода в ванне становится чуть теплой, а живот сводит от голода.

На скамейке у дальней стены дожидается полотенце. Я спешу завернуться в него, тщательно вытирая кожу. Сооружаю из полотенца тюрбан на голове и возвращаюсь в спальню, чтобы одеться. Жаль, что я не взяла с собой сменную одежду; придется захватить чистую с корабля после ужина. Я просто…