Его дерзость приводит меня в ярость. Он привел меня сюда, заманил в свою святая святых, взял мое тело всеми возможными способами. А теперь он смеет давать мне выбор?
Электрический разряд, словно зарница, пронзает меня. Я вибрирую изнутри, как провод под напряжением. Мне не нужно его разрешение. Я не позволю ему использовать меня, поглотить так, как он того пожелает.
То, что произойдет дальше, будет под моим контролем.
Я разворачиваюсь и переступаю порог. Холодный воздух перехватывает дыхание. Мои босые ноги скользят в наполовину заледеневшей грязи, и я едва не теряю равновесие, но удерживаюсь. И продолжаю идти. Я не оглянусь. Я не могу оглянуться. Но когда его слова врезаются в мой разум, я задаюсь вопросом: удастся ли мне когда-нибудь по-настоящему от него сбежать?
Я ВОЗЬМУ ТО, ЧТО ПРИНАДЛЕЖИТ МНЕ, МИДОНИЯ. ОТДАШЬ ЛИ ТЫ ЭТО САМА ИЛИ МНЕ ПРИДЕТСЯ ЗАБРАТЬ ЭТО СИЛОЙ — Я ПОЛУЧУ СВОЁ.
15
Правда застревает у основания моей диафрагмы, делая дыхание поверхностным и посылая волны острой боли в грудь. Если всё, что он мне показал, было правдой, то сестры не дадут мне уйти, не без боя. Но я не могу додумать эту мысль до конца. Я не позволю сестрам удерживать меня здесь; я не позволю им отдать меня ему, как какую-то девственную жертву.
Его слова эхом отдаются в моем разуме:Между нами есть космическая связь, нить, которая становится всё крепче с каждым мгновением, проведенным рядом с тобой.
Только ты можешь снова сделать меня целым.
С чего бы мне о нем заботиться? Кто он мне такой?
Но я лгу самой себе. Я точно знаю, кто он для меня. Тень всей моей жизни. Мой ночной кошмар. Хуже того, я слишком хорошо осознаю, что он заставляет меня чувствовать. То, как он поглощает меня, окутывает, выжигает изнутри, словно я — переродившееся солнце. Он заставляет меня чувствовать, что я всегда была создана для чего-то большего. Родилась под нужной звездой. Сами небеса сговорились, чтобы связать нас. Должна ли я это игнорировать?
Я понимаю, что остановилась на полпути вниз; я колеблюсь.
— Нет, Мидония, — произношу я вслух. И продолжаю спуск, мои босые ноги скользят по грязи, сдираясь в кровь о сыпучий гравий и подлесок. Что они вообще могут сделать, чтобы помешать мне уйти, теперь, когда я знаю, что меня привели сюда, чтобы накормить его? Что онзаказал меня, как блюдо из меню?
Когда я приближаюсь к деревне, сияние колокольни пронзает ночной туман. Сам колокол кажется подвешенным, окутанным коконом золотого света, удерживающим ночь на расстоянии. Я чувствую себя так, словно шагнула сквозь невидимую завесу в другой мир, тихий кошмар, где мягкие шаги и перешептывания ведут меня к немыслимым ужасам.