— Я ваш должник, Григорий Пантелеевич. Но раз уж мы ввязываемся в подобную авантюру, все должно работать как… ваши шедевры — ювелирно.

Он меня растрогал. После бурного дня такое признание от профессионала в своем деле — дорогого стоит.

Выпроводив Беверлея, я еще с минуту потоптался у приоткрытой двери. В коридоре невыносимо несло медью от крови. Захотелось немедленно сбежать туда, где пахнет железной стружкой. Закопаться в рутину.

Перехватив пробегавшего мимо дворового, я велел тащить в мастерскую Ивана вместе со всем собранным у паровика железным мусором. Куски резервуара, штуцер, ошметки тканей и заляпанную ремонтную книжицу. Стрелки уже успели приехать с насосом, заполняют отчеты. Им потом перед Толстым рапортовать о том что произошло.

Запершись в мастерской, я запалил лампу и прошелся ветошью по верстаку. Требовалось хоть чем-то занять руки. Вскоре на пороге возник Иван с бурым пятном на рукаве. Сгрузив искореженный металл прямо на стол, богатырь отступил на шаг.

Молча кивнув, Иван вышел за дверь, опираясь на трость. Ему было тяжеловато нести все это, я как-то не подумал об этом. Мысленно поставив зарубку — лично посмотреть на состояние Вани, я вернулся к верстаку.

Рассортировав железо, я придвинул ближе книжицу механика. На последней странице торопливым, кривоватым почерком значился полевой ремонт: сдвиг станины, замена прокладок. Вооружившись лупой, я склонился над металлом.

Внимание сразу привлекло заводское клеймо. Рядом с ним виднелась глубокая царапина, за которую цеплялся ноготь. Присмотревшись через линзу, я обнаружил прямо на изломе отчетливую полосу старой усталости металла. Структура пестрила пятнами: зернистые вкрапления чередовались с подозрительными кавернами. Замер толщины стенки расставил все по местам — деталь гуляла по габаритам. Но как? Я же проверял все это.

Брак. Парень отработал как надо. Песка на прокладках нет, резьба штуцера целехонька. Конечно, откажись я от идеи дать лишнее давление в лесу, Федька сейчас спокойно хлебал бы щи в казарме. Вина за приказ висела на мне. Тем не менее, штатный баллон должен держать такой напор с двукратным запасом. На случай мороза, дурака или тряски. Судя по кускам на столе, поставщик тупо сэкономил на толщине.

Выудив рабочую тетрадь, я черканул: «Разрыв по заводскому браку стенки. Поднять документы на поставку». Рядом легли номер клейма и примерная дата приемки. Закончив с писаниной, я уставился в одну точку. На краю сознания вертелась интересная мысль.

Придвинув чистый лист, я в пару штрихов накидал черновой эскиз. Седло, прижимная пробка, пружина, регулировочная гайка. Критическое давление должно вышибать пружину до того, как лопнет сталь. Плевать на потерянный воздух и сорванный тест, безопасность важнее.