Глава 33
Я стояла в родительской комнате и рассматривала на висящем на манекене платье созданную с нуля лёгкую полупрозрачную юбку, расшитую почти до конца имитирующими волновую пену кружевами. В сочетании с расписанной маской, которой не хватало лишь несколько жемчужин и ракушек, это всё будет завтра смотреться на мне абсолютно восхитительно.— Леди, — обратилась ко мне появившаяся в дверях Дженни. — К Вам приходила какая-то девушка. Я сказала, что Вас нет, и она оставила Вам записку.Служанка вытащила из передника и протянула мне сложенный вчетверо лист. Я неспешно взяла его и развернула. Подчерк был неровный, непонятный, явно писали в суматохе, но мне удалось понять от кого оно и о чём оно. Это была Лира. Она написала, что согласна на сотрудничество. Улыбка расцвела на моих губах. Ни на йоту не сомневалась, что она согласится.— Спасибо, Дженни, — я сложила листок обратно и протянула ей. — Можешь сжечь, она больше не нужна. И расскажи, что случилось в городе, пока нас не было.— Ох, леди! Тут такое случилось!..И Дженни принялась рассказывать, что происходило за эти дни. Тайная полиция огромными волнами прошлась по различным районам города. Говорят, аристократов подчас забирали из их постелей в ночных одеяниях, арестовывали, заламывая руки. Люди кричали что-то о правах, о своей неприкосновенности, но тайной полиции было глубоко плевать, её бравые служивые люди тащили людей к арестантским каретам.В бедняцких районах и трущобах всё было ещё хуже. Там арестовывали всех: проституток и их клиентов, сутенёров, барыг, работорговцев и их «товар» и многих иных тёмных личностей. Там уже были толпы членов тайной полиции, огромные повозки с людьми. Особенно поражало количество детей, которых нашли в подвалах, замызганных и истощённых. Правительство уже выступило с обещанием, что этих детей вылечат, найдут их родителей или отправят в сиротский приют. А уж про найденное количество «Чёрного плюща» и прочих наркотических веществ и говорить нечего, их вывозили больше суток.Моё сердце от этих слов пело. Наконец-то торжествует справедливость! Наконец-то можно будет всему городу спать спокойно. Торжествующая улыбка расцвела на моих губах.— А принц Ричард? — заинтересовалась я.— По слухам заперт в каких-то высоких покоях без права выйти. Я также слышала, что ему было эти дни очень плохо, он кричал, орал, но Его Величество запретил к нему пускать даже врачей.Я кивнула сама себе. Очевидно, это была ломка, принц накануне что-то употребил, и у него несколько дней был такой «отходняк». От этого