Глава 17
Ответное письмо от Святой пришло очень быстро, отчего пришлось начать как можно быстрее приводить детишек в порядок и одевать в самую лучшую одежду для встречи высокопоставленной госпожи. Она написала, что самолично придёт за воспитанниками приюта и проводит их в новое место, где о них смогут позаботиться на время ремонта, вместе с детьми также из дома увезут монашек, чтобы те не мешали.Было решено в первую очередь накормить и отмыть детей. Первым испытанием для нас, взрослых, стала элементарная попытка заставить детей позавтракать. Молочную кашу, тем более пшённую, малышня категорически отказывалась есть даже с цукатами. Большую часть удалось уговорить просто так, ещё некоторых обещанием выдать после еды сладкое. Которое, естественно, разлетелось в миг, едва тарелки детей опустели.Помыть детей стало не меньшим кошмаром. Четверо крепких взрослых не могли уследить за малышнёй, всё норовившей выскользнуть из вытащенных из дома бадьей для стирки. Если умеющих самостоятельно мыться детей мы отправили это делать под чутким руководством воспитательниц и Милы. Но вот четверо совсем маленьких…— Оп-ля! — я передала в руки держащего раскрытое полотенце Константина последнего ребёнка, он тут же свернул его и даже слегка подкинул, вызвав у мальчишки смех. — Вот и всё, теперь ты чистенький и можешь одеваться!У меня мыть детей удавалось чуть лучше, чем неумелому в этих делах императору, а он с большим удовольствием относил уже помытых малышей в дом и передавал в чуткие руки монахинь. Мы поделились на пары: Карина с Диего и я с Константином. И если у нас всё было куда ни шло, все дети были по очереди тщательно вымыты даже за ушами, то у ребят всё было печально. Мокрые с ног до головы, они пытались утихомирить расшалившихся детишек, но это не удавалось.— Ох, ну не брызгайтесь!— Ай, мне в глаз что-то попало! — крик и следом оглушительный рёв одного из мальчишек. — Больно!— Давайте помогу, — спокойно присела рядом и протянула руки к ревущему ребёнку. — Ну и чего ревём? Сейчас промоем и болеть не будет.Должно быть, дети боялись чужих. Если меня они ещё знали, я нередко приходила сюда просто чем-то помочь, когда была возможность и время, то новые люди их пугали. Теперь же даже этот вопящий мальчонка успокоился и позволил себя мыть. Стесняющаяся до этого девочка же наконец отдалась в руки Карины, перед этим взглядом дождавшись от меня улыбки и кивка, мол, ей можно доверять. Вымыв как можно скорее малышей, мы передали их в полотенца и сильные руки мужчин. И все четверо облегчённо