ответа.— Поразительная выдержка… — произнесла я, вспоминая его собранное и безэмоциональное лицо. — И как давно ты её попросил об этом?— С того бала, когда тебя… — он не стал дальше произносить, но я всё поняла.— Ты решил раньше, чем осознал свои чувства? — ошарашенно спросила я. — Почему?— Не мог упустить тебя, — с улыбкой произнёс он и внезапно начал говорить и одновременно загибать пальцы: — Поразительный острый ум, умение строить сложные планы, рассуждать, строить логические цепочки, делать выводы на основе незначительных деталей, а ещё эрудированность, безупречное знание этикета, поразительная красота, — тут Константин улыбнулся так, что мне захотелось тут же спрятаться куда-нибудь от смущения. — А ещё доброта, сострадание и любовь к детям. Я ничего не упустил?— Прекрати!.. — запищала я, смущённо закрывая лицо руками и немного сползая по стулу.— Ах да, чувство юмора и такта. Теперь точно всё. Идеальная жена и императрица, не находишь?Я сквозь просветы в пальцах видела его самодовольную улыбку Чеширского кота. Ему доставляет удовольствие смущать меня?— Ах, нет… Забыл, — он понизил голос и добавил тихо, почти шёпотом: — Ещё и поразительно страстная и чувственная натура, как выяснилось прошлой ночью.Нокаут! Я издала недовольный стон под его искренний смех. Он форменно издевался надо мной! У него получилось меня засмущать настолько, что мне впервые захотелось превратиться в мышь и исчезнуть где-нибудь в норке под дубом.— Ты невыносим! — сказала резко я, отняв руки от лица, выпрямившись и сев нормально, и посмотрела на его довольное лицо. — И как тебя только твои подчинённые терпят?— Я им за это хорошо плачу, — отшутился Константин.Я всё же снова улыбнулась. Он прав полностью. Я красива, правильно воспитана, обучена быть соправительницей, а при необходимости и полноценной правительницей, но… Есть одно маленькое «но». Я не Амелия. У меня её внешность, воспоминания, блестящие знания, но есть и другая сторона уже моей натуры — я душа из современного мира со своим прошлым и воспоминаниями об иной жизни. И он должен знать правду, прежде чем мы окажемся у алтаря и свяжем судьбы навсегда.— Константин… — я вдохнула как можно больше воздуха в лёгкие, решаясь на этот разговор. — Я должна тебе сказать то, что ты сейчас не ожидаешь никак услышать. Но я прошу от тебя одного — поверить мне безоговорочно.— Амелия… Ты меня пугаешь… — он смотрел на меня с ошарашенным выражением лица. — Что может быть такого страшного?— Начнём с того… — я взяла его мягко за руку. — Что я не