— Как успехи? — спросила Лиза, наливая в кружку чай.
— Я сделал это, — ответил я без какого-либо энтузиазма.
— Решил?! — вскрикнула Лиза.
— Решил.
Она вскочила со стула, чуть не опрокинув на себя кружку и, словно ребенок, захлопала в ладоши.
— Так чего ты мрачный такой? Ты же так мечтал об этом!
Как ей сказать, что мечтал я о другом? Что мечтал и мечтаю я по-прежнему о том, что мне не нужно больше заниматься наукой и считать копейки, что мечтал я о том, что дело всей жизни сразу осыпет меня всеми благами мира, а я до сих пор сижу на этой убогой кухне и ем эту опостылевшую жареную картошку.
Но Лизу не остановить. Она рада так, будто все уже случилось. Будто я уже вытащил нас из прозябания. И это ее настроение понемногу передается и мне. И вот я уже смотрю, как она прыгает, пританцовывает, и сам понемногу начинаю верить.
— Влад, это же только начало, но ты уже сделал самое важное, вот увидишь у тебя все и дальше получится, я это точно знаю.
Она садится ко мне на колени и целует в щеку.
— Если и получится так только благодаря тебе, моя хорошая, — шепчу я ей на ухо.
И я нисколько не лукавлю. Все всегда благодаря ей. Ее вере в меня, ее поддержке, ее любви, ее свету, который светил мне даже когда казалось — никакого больше света в этой черной вселенной не осталось.
— Знаешь, я иногда думаю, может мне лучше открыть палатку и шаурму продавать? Это точно быстро окупиться и принесет хоть какие-то деньги? Может, я не тем занимаюсь?
— С ума сошел, Влад? Ну, какая шаурма? Ты же математик, — Лиза смотрит на меня своими голубыми глазами, и я в этих глазах я вижу, что она не допускает даже возможности моего поражения.
— Это Макс Рихтер — настоящий математик, а я так, по сравнению с ним как школьник по сравнению с профессором.
— Макс — гений, Влад. А гений — это немного другое. Ему не нужно прилагать усилий, а тебе приходится биться, от того и достижения твои будут иметь куда большую ценность. Не сравнивай себя ни с кем. У тебя свой путь, и я знаю точно, что твой путь будет блестящим. Хотя я этого и боюсь немного.
— Почему боишься? Чего именно ты боишься, Лиза?
— Как говорится, жена познается в бедности, а муж в богатстве. И когда вокруг тебя все засияет и заблестит, когда ты сможешь позволить себе все что захочешь, когда любая женщина будет готова исполнить любое твое желание, кем для тебя останусь я?
— Лиз, ну, чего ты несешь? Если я чего-то и хочу добиться, так только ради тебя. Нет и не будет у меня никого кроме тебя. Ничто не имеет смысла без тебя. И никто, и никогда не сравнится с тобой. Я люблю тебя, Лиз.