— Но как это возможно? — спросила я у врача.
— Что там, Лиза? — Влад стоял позади меня, он выхватил у меня из рук заключение.
Врач только пожал в ответ плечами. До меня еще не дошел весь смысл происходящего. Я еще не осознала весь этот кошмар.
— То есть, это не мой ребенок? Так. Секундочку. Постойте, — шептала я вслух, голос сел.
Сердце сжалось, замерло, я не могла дышать и боялась пустить в голову простой и в этой простоте убийственный вопрос:
— А где тогда мой ребенок? — тихо прошептала я, чувствуя, что сейчас во мне что-то взорвется. — Где…? — сказала я уже чуть громче, и тут меня прорвало.
— Где мой сын! — заорала я во все горло и схватила врача за халат.
— Девушка, я не знаю! Возьмите себя в руки!
Я не могла плакать, в один момент меня оставили все силы. На плечи будто навалилась вся тяжесть мира. Руки тряслись, я пыталась что-то соображать, но у меня ничего не получалось. Я проваливалась в глубокую холодную темноту.
Мой малыш, мой новорожденный малыш оказался один, он оказался брошенным, он оказался никому не нужным. В самые важные первые дни и месяцы, когда его хныканье и плач — это зов для своей мамы — его безопасности, любви, всепринятия. И мой сын был лишен их.
О боже!
Он же ни в чем не виноват, мой малыш.
Боже мой.
— Лиза, принцесса моя, мы сейчас во всем разберемся, — бормотал Влад, одной рукой покачивая ребенка Линды, другой держал меня за руку. Я цеплялась за его руку, как за спасательный круг во время шторма. Есть предел выносливости. И я его достигла. — Детка, погоди минуту, дай мне немного времени, и ты получишь нашего сына.
Я смотрела на него сквозь слезы, на его уверенное лицо и кивала. Да, да, он решит. Я отцепилась от его руки.
Влад достал из кармана телефон.
— Сергеич, ты в аэропорту еще? — услышала я. — Понял, давай мигом в клинику, где Лиза рожала. Главврача никуда не выпускай. Что хочешь делай, можешь ноги ему переломать, я разрешаю.
Я смотрела на Влада невидящими глазами.
— Влад, что происходит? — спросила я.
— Кажется, я начинаю понимать, что происходит.
Вид у Влада был загадочный. Он будто усиленно обдумывал что-то. Но какого черта он не делился со мной. Я не вытерпела.
— Где мой сын, Влад? Твой сын, где наш ребенок Влад? Где он? Найди его, пожалуйста, сделай что-нибудь… — губы задрожали, я закрыла лицо.
— Он здесь, Лиза, возьми, — Влад отдал мне переноску с малышом Линды.
— Но…
— Я знаю… нет, я уверен, — голос Влада дрогнул.
Я взяла сына Линды на руки и почувствовала, как сердце понемногу успокаивается, хоть разум и кричал, что творится полная бессмыслица. Все сложилось воедино. Безразличие и пренебрежение Линды к своему якобы ребенку, мое инстинктивное чувство рядом с этим малышом, цвет волос мой и малыша, подмена с документами.