Во дворе хватало мест, где я мог с комфортом разместиться на передышку. Бочка, поленница, небольшой валун, что стоял у клумбы ради красоты, а вот теперь — тот самый навес.

— Может хватит жалеть себя?

От неожиданности я едва не запутался в ногах. Витати стояла рядом, сжимая в руках саблю, и наблюдала за моими перемещениями.

— О чем ты? — спросил я коротко, стараясь не сбить дыхание.

— Вот об этом, — ткнула на меня пальцем келандка.

Я только раздраженно махнул головой, мол, ничего ты не понимаешь. Но не успел я сделать и двух шагов, как трость из моей руки выбило ударом сабли, а сам я полетел лицом вперед, в пыль и песок.

— Вставай, — жестко бросила винефик, возвышаясь надо мной мрачной скалой.

— Ты что творишь?! Совсем сдурела?!

— Я сказала, хватит валять дурака и упиваться жалостью к себе несчастному, — проигнорировав мой возмущенный крик, продолжила Витати. — Вставай давай.

— Тебе в голову напекло?!

Я больно ударил плечо и только чудом не расшиб нос и губы, едва успев выставить перед собой ладони. Но вместо ответа я услышал столь знакомый мне звук, звук, которым я наслаждался последние недели. Как сабля со свистом рассекает воздух.

Не знаю как, но я смог перекатиться в сторону, а тяжелый клинок ударил по тому месту, где я лежал мгновение назад. Я поднял голову и посмотрел на винефика. И увидел в ее глазах только одно — смерть.

— Витати! — прокричал я, поднимая руку, но келандка была неумолима.

Дочь Степи подняла саблю и приготовилась нанести следующий удар. Не понимая, что происходит, я потянулся за тростью, что лежала передо мной, чтобы иметь возможность хоть чем-то защититься от спятившей убийцы магов.

Она так мне мстит? За то, что ей пришлось вынести этот прилюдный позор и рассказать о своем прошлом? Рассказать о пустоте и предательстве собственного клана?

Времени на размышления не осталось — лезвие сабли уже неслось к моей шее, но я успел дотянуться до трости, которой неловко парировал удар винефика.

— Вставай! — прорычала келандка. — Вставай и дерись, слабак!

Я зло оскалился. Как она смеет?! Она даже не представляет, через что я прошел!

— Я не слабак! — крикнул я, вскакивая на ноги.

— Нет! Слабак и лжец! Вечные тайны, странная сила! — с каждым словом Витати наносила очередной рубящий удар, которые я, пятясь, с трудом принимал на крепкое дерево трости, отводя клинок в стороны. — Осиор ослеплен и не видит! Считает тебя просто глупым мальчишкой! Так пора повзрослеть!

На этих словах Витати поднырнула под неловко выставленную трость и, поставив мне заднюю подножку, со всей силы приложила меня спиной об песок.