Урок же, который Витати преподала Отавии, пошел принцессе на пользу. Девушка стала меньше стенать, хотя недовольство, исходившее от императорской особы, можно было, казалось, временами нарезать ножом. Небольшие сложности возникли во время перехода границы империи и Бенжи, но потом мы выбрались на Имперский Тракт, и вся дорога превратилась почти в легкую прогулку.

Витати торопилась. По плану келандки, мы должны были выбраться к побережью до наступления реальных холодов. И если во время следования по Тракту проблем с ночлегом не было, ведь буквально каждый час от дороги отходили ответвления, что вели к небольшим поселениям, постоялым домам или целым городам, то уже в Гоунсе я почувствовал эту гонку с природой. Наш последний ночлег на континенте мы устроили за чертой города, у небольшой рощи с вековыми лиственницами, а еще до рассвета двинули в порт — искать подходящий корабль.

И вот, после десятка переговоров с капитанами, торга, трех дней на постоялом дворе недалеко от порта Шасана, мы нашли подходящее судно и отплыли от берегов Западной Дагерии в сторону Лаолисы.

В целом, плавание выдалось спокойным, но нет-нет, я замечал косые взгляды, которые матросы бросали на Витати. Чернокожая уроженка степей Келанда без рабского ошейника и с тяжелой саблей на поясе, Витати вызывала недоумение и оторопь. Но боевая стать и тяжелый, проникающий в самое нутро взгляд девушки, говорили сами за себя — как-то задеть или оскорбить дочь Степи даже не пытались, просто обходили стороной.

А вот Отавия произвела на судне целый фурор. Будучи красавицей, она приковывала взгляды грубой матросни, которая буквально стелилась перед девушкой, дабы заслужить ее улыбку или легкое касание рукава. Корабельный кок вовсе из кожи вон лез, лишь бы угодить пассажирке, а капитан постоянно приглашал Отавию отобедать или отужинать в импровизированную кают-кампанию, которая одновременно была и его каютой, и рабочим кабинетом, а мне лишь оставалось недобро коситься на мужиков, что увивались за Отавией хвостом. Окончательно растопила сердце морских волков принцесса на третий вечер, когда под специально приготовленный коком ужин, девушка спела для команды несколько песен, после каждой из которых ее ожидали искренние и бурные овации.

— Удивительно, как быстро ты нашла тут друзей, — поморщился я при виде принцессы, которая сейчас вприпрыжку шла по палубе с целой тарелкой моченых яблок, что принес ей лично корабельный повар.

— Ты мне просто завидуешь, — фыркнула Отавия, запуская крепкие зубки в лакомство.

— А как же презрительное отношение к черни? — тихо спросил я, поглядывая на работающих на снастях матросов. — Что-то я не припомню повальной любви со стороны дворцовых слуг.