— Так можно воды? — спросил я, пока все более-менее притихли.

Этот мой вопрос сбил накал страстей и все немного отвлеклись. Отавия опустила клинок, а Ирман, не расставаясь со своим странным оружием, кликнул рабов, чтобы принесли мне воды. И только после того, как я утолил жажду, вернулся Бальдур с каким-то порошком.

— О! Вода! Отлично! Это средство стоит обильно запить…

Лекарь вырвал у меня из рук стакан, налил в него из кувшина воды и только после этого, два раза глупо моргнув, обратил внимание на то, что я в сознании.

— А как… — начал растерянный Бальдур, но Осиор быстро щелкнул пальцами перед носом лекаря, привлекая его внимание.

— Тут рана все еще кровит, — заметил истигатор.

Бальдур, продолжая заинтригованно коситься на мою постель, опустился на колено и едва ли не силой засыпал странный порошок в рот винефика, а после — заставил выпить несколько стаканов воды.

— Какая дрянь… — поморщилась Витати.

Винефик поднялась на ноги и, пройдя мимо напряженной Отавии, рухнула в небольшое кресло в самом углу комнаты.

— Бальдур, ты не оставишь нас? — сладким-сладким голосом спросила Виола.

Мы с учителем моментально напряглись. Я знал этот тон госпожи Виолы. Так она говорила, когда я попадал в какой-нибудь очередной переплет или отвлекался во время занятий. По напряженной спине Осиора же было видно, что он тоже хорошо знаком с этими интонациями, так что мы оба уже готовились к какому-то сложному разговору.

Бальдур жил на свете не первый день, был старым вдовцом, так что, даже не заметив нашу с Осиором реакцию, быстро смекнул, откуда дует ветер. Здраво рассудив, что он не желает быть участником наших склок, лекарь откланялся, а вместе с ним исчез и Ирман — он недолюбливал госпожу архимага, так что слуга между любопытством и комфортом выбрал последнее. Все равно учитель, я уверен, рано или поздно ему все расскажет. Или он просто останется под дверью и тихонечко подслушает, о чем будет вещать Виола, ни капли не стесняясь своего поведения.

Когда в комнате остались только я, Осиор, Виола, Отавия и Витати, архимаг подошла к принцессе и наконец-то отобрала у нее стилет.

— А теперь расскажи, что тут вообще произошло, — строго сказала женщина, игнорируя все титулы Отавии.

Девушка мигом стушевалась. По лицу Отавии было видно, что принцесса не была готова услышать такое от архимага — слишком по-отечески, наставительно звучали слова Виолы, учитывая, что десятью минутами ранее наследница Форлорнов пырнула в живот келандского винефика. Видимо, Виола на самом деле воспринимала эту ситуацию так, как она ее озвучила ранее: девушки повздорили и что-то не поделили.