Ялы вернулись через день.
Поднявшись на борт фрегата, Ричард Тейт доложил:
— Я думал, это большой город, как Портсмут, а это так, — он пренебрежительно махнул рукой, — городишко на сотню домов.
— Укрепления есть? — спросил я.
— Со стороны моря нет. С трех остальных — валы с частокол, а на холме восточнее города стоит батарея из шести девятифунтовок, вроде бы. Наверное, это та самая батарея, которая в прошлом году, во время нападения, на берегу моря располагалась, — сообщил он.
— С холма можно простреливать весь город и подходы к нему со стороны джунглей, — дополнил его ответ Роберт Эшли.
— Следующей ночью будем брать, — огласил я решение.
— Может, лучше днем? — задал вопрос лорд Стонор. — Там должно быть около сотни солдат, а нас в пять раз больше, справимся быстро. Корабельные пушки поддержат десант.
— Тогда много горожан сбежит, унеся самое ценное имущество, и сообщит в Панаму о нас, — возразил я. — Если сделаем все тихо, можно будет захватывать караваны прямо в городе.
Из Панамы постоянно шли в Номбре-де-Диос караваны с грузами на Испанию. Один такой в прошлом году и стал добычей Френсиса Дрейка. Он и город захватил, но был ранен, поэтому отступил.
Утром мы снялись с якорей и перешли поближе к Номбре-де-Диос. Остановились возле устья небольшой речушки, которая располагалась милях в десяти от города. Спустили на воду все наши баркасы, катера, ялы, назначили на каждый команду. По моему приказу лопасти весел обмотали тряпками, чтобы меньше производили шума при гребле.
Вечером десант выдвинулся на исходную позицию, расположенную милях в пяти от города, пристал к высокому берегу. Дальше плыть было опасно, потому что испанцы могли заметить со сторожевой вышки, которая стояла на холме. Я был на десятивесельном катере вместе с командиром роты морских пехотинцев лейтенантом Бадвином Шульцем, десятком его лучших подчиненных и дюжиной комендоров. Вильям Стонор командовал двадцатидвухвесельным баркасом с фрегата, в который набилось без малого шестьдесят человек. Двумя шестнацативесельными баркасами с галеонов командовали Роберт Эшли и Ричард Тейт. В этих баркасах было человек по сорок. Остальные десантники разместились на катерах и ялах. Ян ван Баерле и Дирк ван Треслонг, несмотря на мольбы включить их в десант, остались на кораблях, чтобы привести их в порт, когда рассветет. Часть десантников вышла на берег. Костры разводить я запретил, поэтому они разлеглись на узкой полосе пляжа, на еще горячем песке и камнях. Я остался на катере.
— Разбудишь меня, когда взойдет луна, — приказал лейтенанту Шульцу, устраиваясь на носовой банке, тоже нагретой за день.