От банки пахло йодом и сухим деревом. Запах казался связанным с каким-то приятным воспоминанием, но я никак не мог вспомнить, с каким именно, что почему-то не раздражало. Как и разговоры «спецназовцев» Бадвина Шульца, которые уже тратили еще не захваченную добычу. Впрочем, мечты у них были скромные, не в пример моим.
18
В тропиках луна кажется ярче, чем в северных широтах. Ее дорожка дробилась на низких волнах, и при этом создавалось впечатление, что осколки подрыгивают. Наш катер почти бесшумно продвигался под самым берегом к холму, на котором располагалась батарея. На верхней трети холма деревья вырубили и из стволов соорудили домик для артиллеристов и рядом с ним вышку, которая всего метра на три превышала плоскую крышу из веток и тростника, как доложил Роберт Эшли. С четырех сторон насыпали бруствер. На трех сторонах бруствера установили по две пушки. С четвертой находился город. Оттуда нападения не ждали. Ниже деревья и кусты оставили, чтобы затруднить захват батареи. Лезть ночью через джунгли и не шуметь — это под силу разве что суперспецназовцам, которых под моим командованием нет. Следовательно, надо найти тропу, ведущую на вершину холма. Наверняка она со стороны города. Поэтому я, сидя на руле, и вел катер к месту на берегу между городом и холмом.
Возле самого берега что-то заскребло по днищу катера. Может быть, кораллы или камни, покрытые ракушками. Два десантника спрыгнули в воду и рывком затащили нос катера на берег. Звук был такой, будто комод волокут по булыжной мостовой. В городе загавкала собака. Ее поддержала другая, но вскоре обе смолкли. На холме было тихо.
Один десантник остался возле катера, а остальные двадцать четыре человека пошли вслед за мной. Передвигались медленно. Лунного света не хватало, чтобы разглядеть все неровности земли, а спотыкаться, падать, звенеть оружием было нежелательно.
Тропу на вершину холма нашли легко. Это была не просто тропа, а дорога шириной полтора метра. Если мои ноги не ошиблись и правильно опознали колею, грузы наверх возили на колесном транспорте, скорее всего, на двуколке, запряженной ослом или мулом. Бадвин Шульц с десятком «спецназовцев» пошел наверх, а комендоры, разделившись на два отряда, заняли позиции по обе стороны от дороги, готовясь отразить нападение со стороны города. У всех была уверенность, что с вершины холма атаковать не будут. Новоиспеченный лейтенант установил такую суровую дисциплину на фрегате, что никто из матросов и морских пехотинцев не сомневался в том, что кара неизбежно настигнет испанских артиллеристов.