Призовую партия возглавил Дирк ван Треслонг. Он переправил на берег большую часть пленников, оставив в помощь своим матросам полтора десятка испанцев, и на фрегат — два сундука, набитые серебряными песо. По заверениям пленных, был еще и третий сундук, заполненный золотыми монетами. Правда, никто монеты не видел, судили по весу сундука. Наверное, это был тот самый, который предпочел утопиться. В трюме галеона были шлемы, кирасы, мушкеты, пики, мечи, полсотни фальконетов, одно- и трехфунтовых, ядра к ним и порох в бочонках емкостью литров на двадцать. Куда это везли — матросы и солдаты не знали. По слухам, если бы мы не помешали, до вечера были бы на месте, то есть, где-то на территории Португалии. Скорее всего, груз предназначался португальским союзникам испанского короля Филиппа.
Тащить в Роттердам раздолбанный галеон у меня не было желания. К тому же, я решил из вредности доставить груз врагам испанцев. Для этого отвели галеон в Лиссабон. Там на рейде перегрузили на фрегат фальконеты и ядра к ним, мушкеты и порох. Отдам их князю Оранскому в счет его доли. Он несколько раз жаловался мне, что не хватает хорошего огнестрельного оружия. Его интенданты постоянно закупают плохое, потому что зарабатывают на этом хорошо.
Остальную добычу мы продали лиссабонским купцам. Цены на корабли здесь были ниже, чем в Англии, зато доспехи и оружие ценилось выше. Недавно в Сантарене португальцы провозгласили королем Антонио, приора мальтийских рыцарей, незаконнорожденного сына инфанта Луиша, внука короля Мануэла Первого. Лиссабонцы, поддержав бастарда, теперь излучали браваду. У них появился на горизонте шанс в открытую сразиться с испанцами. Видимо, многие давно уже мечтали об этом. Отношения между соседними странами всегда, как между супругами: от любви до ненависти один шаг.
42
Я собирался отправиться в рейс рано утром. На ночь отпустил большую часть экипажа на берег, чтобы облегчили карманы и еще кое-что. Забегаловок в порту стало больше, а проституток в них — не перечесть. Мне кажется, они приносят прибыли государству, сопоставимую со сборами с торговых кораблей, количество которых тоже заметно увеличилось. Много галеонов из Америки и Ост-Индии. Больше стало и рыбаков. Когда небольшой рыбацкий баркас подошел к нашему борту, я решил, что его владелец хочет продать нам свежую рыбу. По штормтрапу поднялся пожилой мужчина с очень темной кожей. Я сперва подумал, что это негр, но черты лица были европейскими и кожа на плешивой голове светлая. Португалец показал мне плешь, сняв соломенную шляпу с желтой лентой вокруг тульи и поклонившись. Нос у него был крючковатый и с подрагивающими ноздрями, благодаря чему напомнил мне моего потомка Фернана Кабрала. Рубаха из грубого белого полотна на нем была грязной и мятой. Короткие, до коленей, прямые черные штаны подпоясаны широким кожаным ремнем с простой медной застежкой, позеленевшей от времени. Кривые ноги ниже коленей густо покрыты черными волосами, а босые ступни были так темны, будто на них засохла черная грязь.