— Вы все равно сдохнете! Мы будем чередоваться, осаждая вас! — парламентер не оставляет попыток нас уговорить. — У вас закончится еда и питье. Но прежде — боеприпасы…
Перебиваю его и почти кричу, чтобы слышали те, кто стоит далеко:
— Ты не представляешь, сколько у нас сюрпризов для Рамона! Вэра?
Карталонец встает, спускает тетиву, и стрела входит в переносицу парламентера. Командую:
— Пращники — на позиции.
Перевожу взгляд на Эристана, шевелящего губами, достаю из кармана потрепанный портрет Элиссы, смотрю на нее, затем прячу его, и медальон на шее наливается огнем. Кажется, он прожжет грудь насквозь.
Эристан, Лекс и Надана подбегают к воротам, со скрипом открывают их. Толпа врагов стоит ровно напротив, до них метров сто — вполне достаточно, чтоб камни долетели, и первые снаряди достигают цели — доносятся возгласы, враги падают на землю, а потом вскакивают и бросаются в разные стороны — окружают крепость.
— Лучники, арбалетчики — на позиции!
Беру арбалет и выглядываю из укрытия. Стены сделаны так, чтобы было удобно отражать атаку и прятаться: узкий желоб прохода и метровая стена с внешней стороны. По лестнице взбегает Эристан, берет камень, лежащий в проходе, чтобы обрушить его на голову штурмовикам, и говорит:
— Храни нас Танит!
Глава 18 Отпор
Враги разделяются. Штурмовики, десять человек, выставив перед собой деревянные щиты, бегут цепью, арбалетчики передвигаются осторожно, из укрытия в укрытие. Приоткрытые ворота со скрежетом распахиваются, и в работу вступают наши пращники. Камни достигают цели, один бегущий, вскрикнув, падает, корчится в пыли. Кто-то перестарался, и камень летит дальше, попадает в арбалетчика, он громко матерится, и враги, считавшие, что они в безопасности, разбегаются тараканами.
Воодушевленные пращники, Надана, Лекс, Тейн и Эристан, подбадривая друг друга, удваивают усилия. Падает еще один нападающий. Прикрываясь щитами, двое раненых отступают, остальные рассредоточиваются, чтобы окружить крепость, замечаю у них веревки с крючьями.
— Закрывайте ворота! — командую я, пригибаюсь, и надо мной пролетает арбалетный болт. — Атака началась! Арбалетчики — на свои позиции.
Пращей у противника нет, и это радует. Зато есть плохонькие деревянные щиты, мы же древесину пустили на стрелы, тоже плохонькие. Если бы не Вэра, мы, дети зиккуратов, привыкшие пользоваться готовым, не додумались бы до того, что если подружить веревку и камень, получится смертоносное оружие. Сколько арбалетов и есть ли луки у врагов, рассмотреть не удалось, но тактика противника ясна: штурмовики будут лезть на стены, а снайперы постараются подстрелить тех, кто высунется, пытаясь сбить атакующих.