Внизу, прямо у подножия парадной лестницы, стоял Рейздан. Он лениво опирался ладонью о резные перила, и его карие глаза мгновенно поймали мое появление.

— Ами, — произнес он, и его голос мягко разнесся по пустому холлу. — Я как раз тебя искал.

— Зачем? — резко спросила я, не делая ни шага вниз.

Рейздан оттолкнулся от перил и пошел ко мне навстречу. В его движениях сквозило пугающее, наигранное гостеприимство. Он вел себя так, словно между нами не было вчерашней сцены на подиуме, сорванного платья и его ментальных приказов.

— Полагаю, я встретил тебя не самым лучшим образом, — произнес он, останавливаясь на пару ступеней ниже меня.

Мужчина протянул мне ладонь, раскрывая её внутренней стороной вверх.

— Мне бы хотелось исправить эту ситуацию. Позволь мне показать тебе свой Свод. Мои земли. Ты ведь ничего не видела в Целестии.

В голове не укладывалось, что в нем так резко изменилось. Неужели всё дело было в том, что вчера на приеме вскрылась моя аномалия? Из-за того, что он увидел мое пророческое видение Излома и понял, какая сила заперта под моей кожей? Только поэтому его отношение ко мне перевернулось за считанные часы?

— Я рабыня, Рейздан, — процедила я, упрямо пряча руки за спину и отказываясь принимать его жест. — Разве с рабынями в твоем дворце принято так обращаться? Приглашать их на прогулки по своим землям?

Рейздан не убрал руку. Он лишь слегка склонил голову набок, и его глаза хищно сузились, сканируя мое лицо.

— Амира, — мягко, но с железной уверенностью в голосе произнес он. — Давай просто забудем про аукцион и про то, что я тебя купил. Отныне ты в моем дворце гостья, а не рабыня.

С губ сорвалась насмешка, которую я даже не попыталась скрыть. От этой извращенной, лицемерной логики Иверийцев меня начинало тошнить. Этот мужчина всегда, в каждую секунду своего существования играл людьми. Он видел исключительно собственную выгоду и просчитывал каждый свой вдох. Буквально вчера на Стыке я была для него нищим человеческим скотом, грязным товаром, который можно швырять на стол и ломать ментальными нитями ради забавы. Но стоило ему узнать, что я полукровка со способностью видеть будущее Излома, как я по щелчку пальцев превратилась в «гостью».

Если бы не этот проклятый рисунок на моей спине, я бы нафиг ему не сдалась. Я бы прямо сейчас драила его мостовые на коленях или гнила в нижней темнице рядом с Итаном. И он даже не скрывал этого. Его фальшивое дружелюбие было шито белыми нитками.

— А ты, как я вижу, совершенно не умеешь быть благодарной, — протянул Кукловод, улавливая мою ярость. — Или ты бы предпочла остаться обычной рабыней и прислуживать Высшим в этом зале до конца своих дней?