В это место меня привела память брата. Возвращение из квартала, принадлежащего Токугава, незаметно и плавно перетекло в бесцельную прогулку по Токио. Оттачивание новой методики передвижения — именно так звучало обретенное после упрёка самому себе. Упрёка за попытку сбежать от реальности, за попытку отвлечься от происходящего, от необходимости принятия обязательных решений…

Оправдание прозвучало откровенно слабо. Даже на мой предвзятый взгляд.

И пока я занимался самокопанием, ноги сами выбрали дорогу, конечным пунктом которой стали останки дома моей семьи.

Завершив молитву богам и предкам, я провёл лодочкой из ладоней по лицу, и медленно выдохнул, ощутив необъяснимое облегчение. Расправив плечи и улыбнувшись в ответ восходящему солнцу, улыбнувшись качающимся ветвям сакуры, поднялся на ноги и вздрогнул, услышав прозвучавший в рассветной тишине голос.

— Вам не стоило покидать территорию резиденции без сопровождения, Хаттори-сама. Как начальник вашей охраны, я прошу впредь ставить меня в известность о тех визитах, что вы собираетесь нанести, как и о прочих передвижениях. Ваша безопасность — наш священный Долг.

Нет, моя реакция не была вызвана испугом или неожиданностью. Я вздрогнул из-за того, чей это был голос, не узнать который у меня попросту не было ни малейшего шанса.

Человек, заменивший мне семью. Тот, кто на протяжении более чем десяти лет ковал Клинки во благо рода Хаттори, воспитывая и тренируя будущих самураев в отдалённой горной деревне. Учитель и духовный отец, формировавший моё мировоззрение в полном соответствии с заповедями Пути Воина.

Его звали Мацуяма. Мацуяма Такихиро.

Узнает ли он меня или, как и прочие, примет за брата-близнеца, о существовании которого, вне всяких сомнений, был в курсе? Внутренне я уже знал ответ и всё же хотел получить подтверждение.

Однако судьба подготовила мне не один сюрприз.

— Кеншин⁈ — удивлённым хором воскликнули трое воспитанников моего сенсея, стоявшие за его спиной, стоило мне только развернуться, чтобы посмотреть на учителя. Те, с кем я вместе прожил большую часть своей жизни, не могли ошибиться. Трое парней в бронекомбинезонах, с мечами и луками за спиной. Подтянутые, обученные, выкованные из живой «стали»…

Хаяо. Весельчак и отъявленный хулиган.

Эдогава. Самый спокойный и уравновешенный из десятка Клинков. Единственный, кто никогда и ни в чём не ослушался учителя.

Изао. Молчаливый и задумчивый, стратегический «мозг» нашего отряда.

Они выжили в мясорубке беспощадной битвы. И я был безумно рад видеть их…

Мацуяма Такихиро, в отличие от парней, ничем не выдал себя, разве что его тёмные глаза сверкнули каким-то особенным проблеском удовлетворения. Я только отрицательно мотнул головой и приложил палец к губам, тем самым поставив в разговоре о моей личности точку и отложив его на неопределённое время.