Бронин, когда ставил здесь своих, усилил блокпост миномётом и ротным пулемётом. Неплохо, но…

Я поманил Гвоздя, и он, понимая меня без слов, сразу подал мне гарнитуру радиостанции.

— Берлога, это Медведь-1, — сказал я. — Вышли ещё взвод. Нужно усилить наших медвежат, 12-й и 14-й в первую очередь. Могут пойти через них.

— Отправлю, Медведь, — отозвался Ван Ли.

Если здесь будет надёжная оборона, то бегущим от магии Небожителя врагам придётся идти через долину. А там нет укрытий, и пушки крепости отлично там достанут.

Чем меньше уйдёт врагов, тем проще нам будет воевать потом.

Но тут была пара проблем, которые надо было решить.

— Лейтенант, — я подошёл к командиру блокпоста. — Представьтесь.

— Лейтенант Фирен, Пятый Полк Четырнадцатой Дивизии РВС Хитланда, господин командор! — высокий офицер вытянулся передо мной.

— Что это за трава, лейтенант? — я показал на север. — Почему её так много?

— Это местная трава, она быстро растёт. На прошлой неделе выжигали.

— Сжечь сейчас, — приказал я. — Пока никто не подобрался через неё.

— Слушаюсь!

Трава была плотной и высокой. Днём бы не подобрались, но сейчас ночь. Так-то туда бил прожектор, но лучше перестраховаться.

Лейтенант Фирен отдал приказ, и вскоре трава вспыхнула, будто её полили игниумной пастой.

Яркое оранжевое пламя охватило траву, и почти сразу раздался крик. Человек в чёрной форме с горящей спиной вскочил на ноги. Искажённое от боли лицо было измазано чёрной краской, а в руке он держал гранату.

Воспользоваться ей он не успел. Его с такой силой отбросило в дерево, что тело сложилось в обратную сторону. Его товарищи-диверсанты тоже было кинулись вперёд, но их уже ждал плотный огонь.

Я даже не почувствовал усталости. Это было так легко, будто я махнул рукой.

Когда нападают, так просто не уйти, вертушка не сядет, поэтому я оставался здесь, но следил за обстановкой. А рассредоточенный враг не мог собрать достаточно людей для прорыва обороны, и тут ещё я помогал.

Вспыхнул лес, когда там из-под земли полился ручеёк магмы, тонкий, но горячий. Гранаты, брошенные в нас, улетали назад, а когда несколько диверсантов попытались нас обойти с тыла, я рубанул одного глефой Небожителя. Слишком близко он подошёл, а у меня как раз закончились патроны.

Она сама вернулась мне в руку, будто долго ждала своего часа, и я ударил. Разрубленный диверсант разлёгся на земле двумя неровными частями, а стоящий за ним железный столб ограждения развалился на две половинки, будто срезанный игниумной сваркой.

Кто-то видел, кто-то нет. Уже неважно. Бой заканчивался, враг уходил, а нам нужно вести кампанию дальше. Нужно победить и вернуться с победой.