— Но вам нельзя даже смотреть… — начал Максимов.

И тут тепло стало сильнее, будто я открыл дверцу печки. Помощник главного инженера уставился в проход, а я пихнул его в плечо. Но не руками, а своей силой, и он споткнулся.

Это его и спасло, выстрел прошёл мимо. Пуля со звоном отскочила от стальной панели стены. Тут выстрелил Крыс, вскинув автомат. Одиночный выстрел был куда громче пистолетного.

Кто-то упал.

Едва я подумал, что Крыс таким образом убирает хвосты, но увидел, что он выстрелил ему в правую руку. Но мужчина в форме полковника имперского штаба не собирался сдаваться. Он сжал зубы изо всех сил, и я услышал тихий хруст стекла.

— Медика! — приказал я. — Он принял яд.

Чудом выживший помощник тяжело дышал, инженеры озирались по сторонам, некоторые достали оружие. Раздавался топот бежавших к нам гвардейцев со стороны реактора.

А диверсант был мёртв. Раскусил ампулу во рту. То ли был излишне предан своему начальству, то ли тоже был фанатиком, готовым на всё ради Таргина.

В помещении не горели лампы, но свет был. Покойник сжимал в руках толстую свечу духа предка. И её серо-синий огонь аж пульсировал, будто заметил меня и тянулся в мою сторону. Мне даже стало жарко.

— Верните на место катализатор! — тут же приказал главный инженер.

Свечу забрали и тут же унесли в реактор, но я заметил, что огонёк тянулся ко мне, а не отшатывался. Молодой инженер, так и не понял, что случилось. А вскоре здесь уже было не протолкнуться от вышестоящего руководства. Ещё бы, кто-то проник в реактор через технологические шахты и украл свечу предка, о таком даже императору должны доложить.

Хотя про свечу никто не говорил, но я, наконец-то, увидел своими глазами, как это всё работает.

Прибыли офицеры из имперской службы безопасности, которые начали допросы, а тело увезли. Но я через некоторое время вызвал Крыса, который знал об этом куда больше остальных.

— Значит, ваш, — произнёс я. — Поэтому и проник сюда.

— Так точно, господин командор. И если узнают, что я помог его найти, — он поёжился и не договорил.

Но тут и так понятно, что ничего хорошего его не ждёт. И всё же помог найти. Или действительно сделал ставку на меня, как тогда говорил, или втирается в доверие. Но мы с ним ещё побеседуем по душам.

— Вернуться в часть, боец, — сказал я и добавил: — Не узнают.

Заговорщики хотели не допустить, чтобы мы улетели в столицу, и чуть не поставили крест на планах по защите архипелага. С этой имперской охранкой надо держать уши востро. И ещё надо не упустить момент, когда они поймут, что ко мне уже был привязан Небожитель. Ведь тогда они захотят меня убить, чтобы их бог вернулся.