Она прикусила нижнюю губу и прижалась к нему теснее. Лишь бы прочувствовать каждую секунду, каждый вздох и каждое прикосновение… Он опустил её на кровать, припадая устами к мягкой талии, к округлым бёдрам. Кайрон ласкал её сильно, горячо, но неспешно. Он приносил ей такое удовольствие, о котором стыдно говорить вслух – щёки пламенеют, дыхание сбивается, и это сладкое чувство хочется запрятать глубоко в грудную клетку, не позволяя иным притронуться.
Её пальцы зарылись в его пепельные волосы, громкие стоны срывались с губ безудержно громко. И в распалённом сознании было лишь отчаянное желание продолжить, вновь ощутить его в себе, соприкоснуться душами – и не разлучаться вовсе.
Под балдахином кровати медленно сплеталась особая, несравненная магическая связь. Теневая роза прорастала сквозь стены… Нерушимое доказательство полного слияния сил. За окном вспыхнул рассвет, но от него сплетённый цветок лишь ярче раскрылся.
И в тот момент Сейра совсем не думала о свинцовых тучах, застилавших небо Октаэдра.
Глава 30
Сезар содрогнулся. Весть о смерти короля всколыхнула Октаэдр, но сильнее всего ударила по наследникам. Все сочли это дурным знаком, ведь Фридрих Моргауз скончался сразу после Процветания, призванного восполнить былые силы цитадели.
Боль. Страх. Недоверие. Гнилостные чувства пропитали Средоточие, а впереди не было ничего «привычного», лишь зияющая бездна неизвестности. И среди всеобщего хаоса Сейра сохраняла завидное спокойствие, тихо выращивая цветы в саду. Она опустилась на колени, даря лепесткам жизненную энергию. Но даже несмотря на внешнее смирение, внутри она была напряжена до предела.
Эту смерть можно назвать особенной. Вот та точка, с которой чаша весов накренилась, а затем и вовсе рассыпалась на мелкие кусочки. В прошлом Фабьен… Будучи жалким и едва ли признанным остальными, он лучше всех ощутил брешь. Ту слабину, в которую можно вгрызться с упорством гадюки.
Когда великие дома в хаосе, а наследники в неведении, для него это лучший шанс исправить своё положение. Фабьен быстро нашёл надёжного покровителя. Присягнул ему, помогал во всём… Был по-настоящему верной псиной. По этой причине его отчасти приняли Бестиал и Глейв. Даже брак с Гиатой стал, в каком-то смысле, вынужденным решением.
Сейра помнила, что их магия неплохо сочеталась. Фрайгус, безусловно, доминировала в отношениях, и ей нравилось чувствовать власть над ним. В ту пору ледяной клан практически полностью поглотил Роузвуд стараниями Фабьена… Но то было лишь началом трагической череды событий.
Через некоторое время Сейру вернули с далёкой фермы. Она уезжала из мирного Октаэдра, а вернулась в бесконечно мрачный город, измотанный внутренними протестами. Сердцевина гнила изнутри, и Сейра наяву почувствовала зловонный аромат, въедающийся в нервы. То, что творилось вокруг, было… Ненормальным, почти зверским. Раскол в обществе нарастал, но это лишь отражение обострившейся вражды Кровных.