— Я с тобой ещё не закончила!
И в следующий миг Сейру потянули за запястье. Жест был резким, слишком поспешным и, главное – неожиданным. Она покачнулась на краю ступеньки, колено прострелило болью… А потом Сейра упала, издав тихий, испуганный возглас.
Глава 8
Страх пробежал по хребту, пересчитал позвонки. В горле застыл булькающий, так до конца и неоформившийся крик. Она зацепилась ладонью за деревянные перила – и стесала кожу. Тело лихорадочно искало равновесие, но не находило, беспомощно цепляясь за ступени.
Когда Сейра, наконец, упала, лёгкие её горели, а рёбра прострелила первая боль. Сознание накрыла кровавая пелена, где реальность размыта, прошлое и настоящее почти слились воедино – и уже не различишь, где правда, а где вымысел.
Сейра, Сейра… Изломанная в труху, среди собачьих голов, или лежащая на паркете в луже собственной крови? Правда, должно быть, где-то посередине. Истина распускается ядовитыми иглами, впивается под кожу и мучает, мучает, не даёт закрыть глаза.
Сейра услышала топот чьих-то ног. Это Ирма сбежала вниз по лестнице – её паническое дыхание разгоняло сгустившуюся тишину. Но она, в конце концов, просто ушла, и Сейра скривила губы в понимающей ухмылке.
«Она не позовёт на помощь, верно? Что ж, хорошо… иного я и не ожидала»
Боль смешивалась с принятием, слабла под натиском отстранённости. Сейра мысленно считала до ста, и на девяносто девяти сознание окончательно потускнело, принося долгожданный покой.
«Тени сплетаются. Тени разветвляются. Тени поют о потерянном, забытом и ломком – о самом неприятном и червивом под сердечной коркой.
Тени похожи на упорные ростки терновых лиан, что оплетают саму суть той, кому был дан второй шанс.
Не трать
Шансы
Понапрасну»
— Просыпайся. – голос Старика в приказном тоне вырвал её из липкой бессознательности.
Сейра распахнула глаза, слепо озираясь по сторонам. Мир тонул в белёсом тумане, сквозь который неохотно проступали очертания реальности. Она чувствовала себя беспомощным щенком, чью голову много раз окунали в прорубь – лишь бы извести, изничтожить… с губ сорвался не то вздох, не то скулёж.
— Как ощущения? – лорд Ирсалис постучал тростью по полу, и этот звук помог Сейре сосредоточиться.
Она нахмурилась, приподнимаясь на локтях. Зрение, наконец, прояснилось – белые стены больничного крыла, отдельная койка и одеяло, пропахнувшее терпким мылом.
— Я… упала. – проговорила Сейра, с трудом ворочая языком.
Упала? Нет, столкнули. Лицо Ирмы отпечаталось в сознании сургучным оттиском, вызывая гремучее раздражение. Сейра вдруг поняла, насколько иронично всё сложилось: она спасла Ирму от древесной паутины и вместо благодарности получила толчок, едва не прикончивший её во второй раз. Добрые дела, однако, наказуемы…