— Отлично знаю твоего отца, — улыбнулся казначей Саним Бельжский. — Очень правильный человек, хоть и солдат до мозга костей! Хорошо, что не всех, подобных ему, извёл Ипрохан.
— Лирику в сторону! Времени нет! Уходим из столицы — дальше тянуть невозможно! — прекратил ненужные разговоры Сыч.
Легко уйти не получилось… Почти не встречая сопротивления, Живодёры и гвардейцы догнали нас, отягощённых гражданскими бунтовщиками и их семьями, почти у самого выхода из города. Завязались первые кровавые стычки, приостановившие императорские войска, но всем было понятно, что бойня только началась, и на чьей стороне организованная сила. Явно не на нашей…
— Предлагаю следующее! — без предисловий сказал огромный бородатый мужчина в помятых доспехах, протиснувшись сквозь толпу вокруг нас. — Ощипают как куриц и каждому в задницу вертел вставят, если ублюдков не остановить!
— Разрешите представить — мой отец, граф Анжуй Даримаский! — выглянул из-за широкой спины говорившего Ласман.
— Плевать, кто я! Дело слушайте! — продолжил вояка. — У меня около ста тридцати рыл отменных рубак! Даже писака меч с детства не выпускает, хоть и кривится! Встанем у ворот и перекроем их наглухо. Уводите своё стадо как можно дальше и быстрее — надолго нас не хватит. Других шансов для нормального отступления не вижу!
— Поляжете все, Анжуй! — воскликнул казначей.
— Ты, Кошелёк, не за то переживаешь, так что, не лезь, в чём не разбираешься! У настоящего воина смерть в крови! Тут, главное, понять, за что голову подставляешь! Мы — понимаем! Идут только добровольцы — уже старшие сыновья отбирают. Только этого стихоплёта к себе возьмите, а мы там и без него шороху наведём.
— Нет! — жёстко возразил Ласман. — Отец! Я тебе никогда не перечил, но сегодня ты неправ! Моё место рядом с тобой и братьями! Даримаские никогда от опасности не бегали!
— Повзрослел! Уважаю! — хлопнул по плечу сына граф. — Будь по-твоему!
После этого, получив наше согласие, ушёл также, как и явился — без лишних слов.
— Илий… — тихо сказал виконт, немного задержавшись. — Больше и не свидимся… Ни о чём не жалею, но вот…
Он достал из-за пазухи толстую, потрёпанную книгу и протянул мне со словами:
— Тут все мои стихи. Скверно, что не смогу прочитать принцессе лично, но ты, прошу, передай их ей.
— Может, — попытался я образумить паренька, — останешься с нами и лично прочитаешь при встрече? Не твоё это дело мечом махать ради несчастной любви.
— Она здесь ни при чём. Любить стоит в мирное время, а сейчас долг и честь зовут поступить по совести, наплевав на внутренние терзания. Понимаешь, о чём я?