Отряхнувшись от налипшей на чердаке паутины, зашагал вниз по лестнице, через тишину волнительно притихшего здания.

Посмотрел на часы и вбил по памяти одиннадцать цифр, за которыми в это время можно было услышать Диму.

— Есть ответ на мой вопрос?

Тот самый, самый острый и многажды в последние часы повторяемый…

— Пока нет… — замялся старый товарищ.

— Что, и подруг у нее нет, которых можно осторожно расспросить? С кем-то же она общается? Социальные сети, фотографии с раутов… Где-то же она принята? При каком дворе, в чьей свите, кто покровительствует? — подсказал я очевидные пути поиска информации.

— Там ситуация выходит странная… Ощущение, что нигде не принята, — произнес он осторожно, как некоторые специалисты озвучивают вымученное трудом и по́том «ничего не найдено». — И ни с кем не дружит…

— Димка, ей двадцать один год. Красивая девушка из хорошей семьи, — усомнился я.

А в ответ тишина — будто недоуменно плечами пожали.

— Дим, она Целитель, — почувствовал я легкое раздражение, — не может она прозябать в безвестности. Да после турнира о ней вся страна знает!

— Стоп… как Целитель? — удивились на том конце провода, и послышался звук спешно перелистываемой бумаги. — Она же на обычном медфаке учится! Вот, сейчас снова анкету поднял. Никакой ошибки — кафедра хирургии, четвертый курс.

— Чего?.. — протянул я после некоторой паузы.

Нет, есть любители забивать гвозди микроскопом, этого у нашей страны не отнять. Но Целитель ранга Ники, даже если взять ее уровень трехлетней давности, это примерно как светило хирургии с двадцатилетним стажем… Да ей хватило бы краткой методички с парой цветных изображений «сюда лечи, туда не лечи», чтобы человека с того света достать (разумеется, при наличии грамотных ассистентов и оборудованной операционной). Хотя меня она вообще вытащила без каких-либо медикаментов — а я, говорят, был уже пару минут как не совсем живой…

— Вот что, Дим, — произнес я во внимательную тишину, — начинай-ка собирать слухи, любые.

— Принято, — чуть растерянно ответили мне и отключились.

Убрал телефон и привалился к стене. Родителей бы ее расспросить… Но это уже не уровень Димкиной структуры — даже такие аристократы в пыль его сотрут за расспросы о родне. Тут самому нужно.

С Никиным факультетом действительно бред какой-то. Учиться, при ее таланте, на простого хирурга… Ну разве что ей просто нравится резать людей — пришла отчего-то тревожная и беспокойная мысль.

Вновь взгляд на часы — вроде как еще полчаса до конца экзамена.

День подходил к четырнадцати часам, промелькнув суетливо и напряженно. И быть ему с таким же характером до самой вечерней поры — еще два экзамена: математика и информатика. Для тех, кто претендует на элитный факультет, все на сегодня завершится уже в шестнадцать тридцать. Остальным же придется подождать с отдыхом и прогулками по вечерней столице.